Песчаный вихрь

Черный ослик словно сообразив, чего от него требуют, перестал упрямиться, навострил длинные уши и уверенно зашагал вперед. «Вот ведь наглец, – подумала Ксантия, невольно улыбаясь. Она любила животных, но четко давала им понять, кто главный. Ее коню Берзу и в голову бы не пришло сопротивляться командам. Отношения Глафиры и Аристофана, наоборот, состояли из бесконечных уговоров, препирательств и саботажа со стороны осла. Он редко позволял навьючивать на себя узлы и отказывался везти хозяйку на собственной спине. Чаще всего Глафира шла пешком, перекинув тяжелую сумку через плечо, да еще умоляла любимца ускориться и оставить в покое приглянувшиеся одуванчики.

Аристофан снова замер у резных деревянных ворот.

– Кажется, он ошибся, – громко сказала Глафира, стараясь перекричать ветер. – Это не наши ворота.

Ослик презрительно фыркнул и стукнул лбом в створку.

– Кто там? – спросил удивленный голос из домика привратника.

– Это Глафира.

– Этеллу! – теперь в голосе звучал невероятный восторг. – Боги милостивые! Ты вернулась!

– Энлиль! – девушка тоже обрадовалась.

 – Какое счастье, что ты здесь!

Ксантия нетерпеливо прервала обмен любезностями:

– Открой ворота и доложи Лидии, что мы пришли.

– Сию минуту!

Скрипнула дверь, послышался приглушенный топот удаляющихся шагов.

– Надеюсь, он поторопится, – проворчала Ксантия. – Еще немного, и мы превратимся в четыре песчаных бархана.

– Ты совершенно напрасно так грубо с ним говорила, – слегка обиженно ответила Глафира. – Он очень славный и умный.

Мы дружили в детстве.

– Почему он называет тебя «этеллу»?

– Не знаю, так повелось издавна. Кажется, на аккадском это значит «госпожа».

– На аккадском это значит «господин», «герой» и «повелитель». Немного странно, правда? Твою бабушку он зовет госпожой по-гречески.

Глафира пожала плечами, и Ксантия умолкла. Конечно, подруга права: она зря прицепилась к рабу. Завывающий ветер и набивающийся в глаза песок кого угодно сделают агрессивным. Но где же Энлиль, разорви его Цербер?

Ворота распахнулись.

Симпатичный юноша лет восемнадцати изо всех сил пытался удержать их, но безумный поток воздуха рванул створки из его рук. Глафира с радостным возгласом бросилась вперед, чтобы обнять Энлиля, но он упал перед ней на колени и склонил голову. Девушка смущенно отступила.

– Госпожа Лидия ждет вас. А о животных я позабочусь.

В доме их приветствовала нервная рабыня, все время оглядывающаяся в направлении большого обеденного зала.