Мои псевдореальности

Однако сияющее существо сокрылось от них все же. Тяжело дыша, они стояли в тоннеле опять во мраке, пока Андрей не обнаружил под ногами пепелища костра и дрова. Похоже, что кто-то разжигал тут огонь. Тут же лежал кремень. С трудом высекли огонь, зажгли костер. Мрак сразу отступил назад. Сидели у огня разговаривали о прошлом, потом Ковалев спросил римлянина.

– Ты тоже хочешь есть? Думаешь, тут можно найти, что поесть?

– Может быть, тут крысы водятся или тараканы. – Предположил мужчина.

Бывший грабитель банка огляделся по сторонам, вдруг заметил, что из мрака к ним кто-то идет.

Это был человек, вернее, девушка, одетая в кольчугу, но с распущенными длинными волосами.

– Зачем вы разожгли костер в это время? – зло спросила она их, когда подошла к беглецам из холодного мира.

– Красавица, мы заблудились просто. Ищем выход из этого места. – Начал Андрей свой разговор.

– Загасите огонь. Сюда придут пискуны-слизняки.

– Кто такие пискуны-слизняки? – спросил ее Гай, разглядывая красивые черты лица девушки.

Она понравилась обоим парням, но они не хотели соперничать за нее сразу тут как безмозглые мальчишки, которые влюбились в одну и ту же девчонку.

– Вы откуда вообще пришли сюда? Это огромные червяки, которые питаются кровью людей…

«Боже мой. Куда же занесло меня?» – подумал Андрей.

Рядом донеслось странный писк, кто-то приближался к ним из темноты.

– Бежим, они ползут сюда… – девушка рванула вперед, а Ковалев, подхватив головешку с огнем, побежал за ней.

Гай тоже не отставал. Втроем они забежали в какое-то ответвление коридора, и затаились там. Писк нарастал. Потом русский увидел самого червяка белого и скользкого, который обнюхивал воздух и щупал в пространстве своими длинными усиками. Еще Андрей разглядел у него острые как бритва зубы. Потом они остались опять одни, и мерзкие твари убежали в пустоте коридоров подземелья.

– Как тебя зовут? – задал вопрос Ковалев к своей спасительнице.

– Атанасия… – немного жеманно сказала девушка, поправляя свои роскошные темные волосы, смотря то на русского, то на римлянина.

– Атанасия? – Гай изменился в лице.

– Это твоя любимая что ли? – спросил Андрей у гладиатора.

– Не знаю я его вообще. Вы откуда такие вообще пришли сюда? – ответила опять грубо уже Атанасия.

– Нет, это моя любимая… – изумленно сказал римлянин, узнав в ней свою возлюбленную, которую потерял много веков назад. – Ты меня не узнаешь? Я Гай, тот, кто сражался на арене Рима.