Тени холодного солнца

 – Со спокойствием заслуживающим уважения, он взял стоявший в углу чехол с охотничим ружьём и положил на колени. – Сейчас, господин барон, от вас и вашего спутника понадобится всё возможное мужество и хладнокровие. От этих людей, – он махнул в сторону Алоиза и напуганных крестьян, – увы, будет мало проку.

– Вы что же, господин Бруно, сомневаетесь в нашем мужестве, – я почувствовал раздражение. Кто он такой этот выскочка? Кто его, в конце-концов, назначил здесь командовать?

– Не в коем случае, господа, Но вы должны для себя уяснить, и неважно верите вы в это, или считаете сказками, но сейчас ваши жизни действительно находятся в смертельной опасности.

 – С этими словами он вынул из чехла ружьё. Я сразу отметил что это очень необычное ружьё. Неимоверно мощное, наверняка сделанное по специальному заказу и под очень большой калибр, оно нашло бы прекрасное применение где-нибудь на африканском сафари.

А Бруно, между тем, с ледяным спокойствием расставлял на дубовой столешнице патроны.

Я подумал что они наверняка оснащены серебряными пулями.

– Я ничуть не сомневаюсь в вашем мужестве, господа. Но на этот раз вашим противником будут не французские солдатыи не итальянские кондотьеры. Это даже не пруссаки… Да чёрт с ними, с прусаками, это будет пострашнее русского пехотинца с примкнутом штыком. И это не разъярённый лев в Африканском вельде. Вашим противником будет бессмертная, противоестественная сущность, оживший мертвец из потустороннего мира.

– Ну что за бред вы здесь несёте, господин Бруно, – подал голос Струэнзе.

 – Неужели вы действительно верите в эту чепуху? А ведь казались вполне вменяемым человеком. – Но странный незнакомец лишь бросил на него беглый взгляд, не удостоив ответом.

– Ваши сабли и револьвер, конечно не причинят ему никакого вреда, но будем надеяться, смогут, на мгновение, его задержать. Господин Штютнагель, вы когда-нибудь стреляли из этой вашей антикварной пукалки? – спросил он у здоровяка.

– Ну… Вообще-то нет, – признался Штютнагель.

– Что ж так я и думал. Если чудовищу удастся проникнуть внутрь, наши жизни окажутся в страшной опасности. И не только жизни, господа, но и наши бессмертные души. На этих двух господ мы не сможем положиться, – он кивнул на смертельно-бледных и дрожавших пивовара с Маречеком. – На вашего денщика к сожалению тоже, господин барон.

Я взглянул на моего бедного Алоиса. Несчастный дурень был ужасно напуган и столь же пьян.