Охота на левиафана; На море

К тому же они были так пугливы и недоверчивы, что не подпускали к себе на выстрел.

– Можно сказать, что китов здесь нет, – с обескураженным видом произнес мистер Рэнсом. – Сойдем на сушу и пообедаем.

Мы сошли на берег. Крепко пришвартовав нашу шлюпку, мы отправились искать сухое местечко, потому что почва была сырая и болотистая. Отыскав его, поспешили приступить к нашему обеду. Он состоял из морских галет и соленого мяса, шутливо называемого «красным деревом», – за цвет и жесткость. Так как мы благоразумно отварили его заранее, то сейчас могли не разводить огня.

Местом нашего пира было подножие небольшой горки, или холмика. Когда мы кончили свой скромный обед, у мистера Рэнсома появилось желание взобраться на вершину этого холма, и он взял меня с собою.

Хотя склон холма был довольно пологий, восхождение оказалось нелегким: поверхность, сырая и скользкая, была покрыта тощими мшистыми кочками, разбросанными, как островки, между ними чернели лужи, в которые мы боялись оступиться.

Мы прыгали с кочки на кочку, стараясь не задерживаться на одном месте, потому что ноздреватые кочки не давали надежной опоры, при малейшем давлении на них выступала вода. Белые пятна талого снега придавали пейзажу холодный и унылый вид. Даже в самое лучшее время года эта сторона не имела ничего, что радовало бы взор. Наши впечатления были так же грустны, как, должно быть, невеселы были впечатления французов, когда они отступали из России.

Кит, который «подмигивает».

Трудное отступление

Прыгая с кочки на кочку, мистер Рэнсом довел меня до вершины холма. Я говорю «довел», потому что я буквально шел по его следам, заметив у него особенный талант выбирать самые крупные кочки. В ту минуту, когда мы достигли вершины, он вдруг остановился и сделал мне знак не двигаться.

– Тише! – прошептал он. – Подойдите ко мне и посмотрите. Это стоит того.

Я повиновался и тихонько подошел. Оказывается, то, что мы приняли за вершину холма, было хребтом скалы, высоко поднимающейся над морем.

Как раз напротив нашей скалы возвышалась другая, совершенно такая же. Эти скалы отделял друг от друга узкий пролив, соединяющий море с небольшой бухтой, окруженной со всех сторон утесами.

Но не на это хотел обратить мое внимание Рэнсом. Маленькую бухту заполнял собою кит – огромный, круглоголовый, могущий дать, и это было видно по первому взгляду, до восьмидесяти тонн жиру.