Портрет Лукреции. Трагическая история Медичи

 – Довольно вздохнув, она шлепнула последнюю простынь в стопке. – Десять!

Открыла сундук, затем неспешно и аккуратно уложила белье на дно.

Вновь раздался настойчивый стук.

– Минутку! – крикнула София. – Иду!

Она протерла сундук от воображаемой пыли и принялась расхаживать по комнате: то тарелку на столе поправит, то задвинет на место стул. Провела тряпкой по ручке двери, взялась оправлять капор, смотрясь в зеркало над камином.

Отворив наконец дверь, она оглядела гостя с головы до ног.

– Синьор Вителли! Вот не ждали! Зайдете?

Вителли важно шагнул внутрь и остановился посреди ковра.

На советнике была отороченная заячьим мехом накидка, складками спадающая к ногам, а к груди он прижимал папку в кожаном переплете.

– Ты и ты! – Вителли указал пальцем на нянь, застывших с иголками в руках. – Уйдите.

Девушки испуганно покосились на Софию.

Та стояла на пороге, держа тряпку, и молча оглядывала посетителя, словно высматривала на его одежде грязные пятна, затем кивнула.

Няни забрали штопанье с нитками и засеменили в спальню. Дверь за ними захлопнулась.

– Чем могу быть полезна, синьор? – прищурилась София. – Выпьете чего-нибудь? Мы с Лукрецией как раз собирались…

– Нет, – перебил советник и заглянул в папку. – Я вас не задержу. Мне хотелось бы обсудить с вами кое-какой вопрос. Кхе-кхе, – нарочито прокашлялся он. – Весьма деликатный.

Лукреция заерзала в кресле и пригладила мокрый ворс кисточки. Пучок она сделала из шерсти, вырванной – стыдливо, украдкой – у кошки, которая вытянулась подремать у камина.

Животное даже не проснулось, а на днях Лукреция заметила, что проплешинка заросла.

Лукреция аккуратно окунула самый кончик кисти в синюю краску – ее было совсем мало, пришлось экономить, – и тут Вителли снова заговорил:

– Мы получили подтверждение, что Альфонсо, наследник герцога Феррары, Модены и Реджо, желает вступить в брак с ее высочеством Лукрецией.

Лукреция замерла, занеся над рисунком кисточку с редким и дорогим ультрамарином.

Девочка не могла ни дышать, ни поднять глаз, иначе Вителли так и пронзил бы ее своим взглядом и понял бы: она все знает, есть у нее привычка слоняться по коридорам и подслушивать.

А вот над Софией, похоже, у него не было такой власти.

– Сын герцога Феррары? – изумленно повторила няня. – Нареченный госпожи Марии, царствие ей небесное? – София истово перекрестилась.

Вителли опять кашлянул.

– Именно.