Бедный родственник. Шаг в сторону

Лейба подхватил деньги, кинул их на чёрную пластину, довольно улыбнулся, на весах с медными гирьками отмерил два фунта орехов, сноровисто упаковал все, кроме карты, в аккуратный бумажный кулёк, перевязал бечёвкой, достал из-под прилавка небольшую сумочку с изображением глаза, уложил в неё свёрток.

– Сумка за счёт заведения, чтобы если что, сразу к нам.

– Обязательно, – пообещал я. – Тем более что кофе у вас отменный. И печеньки во рту тают.

– И это тоже за счёт заведения, – торжественно сказал Лейба.

Ха, стал бы я за это платить. Кто наливает, тот и расплачивается. Вслух, конечно, этого не сказал, только в благодарностях рассыпался, за что получил картонный прямоугольник с адресом лавки родственников Лейбы в столице удельного княжества, с обещанием хорошей цены и самого лучшего обслуживания, надо только эту карточку там хозяину лавки показать. Знаем мы такие штуки, про рефералов.

Выйдя из магазина, бросил несколько орешков в рот и зашагал обратно в «Белый сад».

Неплохо освещённые улицы, бандитов нет, денег тоже – что ещё надо для роскошной и неторопливой жизни. Свежий, почти летний ветерок освежал, но не холодил, ласково дотрагиваясь до кожи. Прогулка до трактира обещала быть приятной, то, что надо перед сном – пройтись на свежем воздухе.

– Стой, – послышался сзади голос, и я почувствовал, как что-то острое упёрлось мне между лопаток.

Глава 5

– Пять медведей. Это ж почти пятнадцать золотых ауреев.

Рожа не треснет твоя бандитская?

Мы сидели с Велием в управе и торговались как в последний раз. В одном медведе получалось почти четыре грамма золота, а сама монета весила чуть больше пяти граммов. Я прикинул – один медведь получался где-то под сто пятьдесят долларов, как-то не очень щедро собирался мне местный олигарх платить, хотя начинали мы вообще с сорока рысей. А это хоть сто шестьдесят граммов серебра, но все равно меньше половины медведя.

Видимо, считалось, что возможность провести десять ночей в местном отеле категории «одна звезда», правда, с полным и очень обильным пансионом – достойная плата за мою работу.

Тем более что ту цену, которую запросил за свои услуги неизвестный мне колдун, он же любитель хамона, я знал, и до какой планки можно торговаться, тоже представлял.

– Ты, Велий Силыч, за рожу мою не беспокойся, какую отец с матерью дали, такая и есть.