Повелитель потоков

Потерявший большую часть магических способностей псион не слишком отличался от окружающих людей, и, соответственно, подвергался тем же опасностям.

Магические миры тоже не были местом для спокойных прогулок. Местные маги по силе иногда превосходили непрошенных гостей, к тому же на их стороне были местные обычаи и традиции. В таких мирах привычные технические приспособления позволяли получить преимущество. Если, конечно, их пропускала система. Ну а если нет – во всех без исключения мирах маги, псионы, колдуны и волшебники, как ни назови, составляли совсем небольшую долю населения.

Так что пришелец оказывался в привилегированной части общества.

Артур сгреб листы в стопку, они ему больше не понадобятся. Вся информация уже усвоилась, и требовала только анализа.

На полу возникла карта, ковролин прочертили борозды и проплешины. Странные для любого жителя изначального мира очертания государств, привычные – континентов и островов. Восемь листов разделились на сотню кусочков, половина из них заняла места на карте, другая, повисла в воздухе.

Мозг Артура продолжал анализировать то, что было написано на листах, с каждой итерацией один или два кусочка бумаги находили свое место на полу. Наконец в воздухе остался только один. Он плавно опустился в то место, которое на карте соответствовало Москве.

Артур довольно улыбнулся, повинуясь движению ладони, карта с бумажным мусором исчезла. Остались два листа бумаги, нетронутые, с напечатанным текстом. Он их сложил аккуратно, убрал в ящик стола.

Тот, кто будет копаться в его вещах, обязательно их найдет.

Вовремя. В дверь позвонили.

– Паша, проходи, – Артур радушно распахнул дверь. – Мой дом – твой дом. Точнее говоря, наоборот, да?

Павел усмехнулся немудреной шутке, переступил через порог.

– Ничего, что я так поздно?

– Я же тебе еще позавчера сказал – до часу ночи не сплю, так что заходи в любое время. Пойдем на кухню.

Однокомнатное жилье налагало определенные ограничения на прием гостей.

Сама комната, метров двадцать площадью, располагала небольшим свободным от кровати, письменного стола и кушетки пространством. Спасала кухня, три на пять метров, с круглым столом и четырьмя венскими стульями, с подушечками на сиденьях, плоской панелью на стене и небольшим кухонным гарнитуром.

Павел опустился на один из стульев, побарабанил по столу пальцами.

– Выкладывай, друг мой, что на сердце лежит, – продекламировал Артур, включая кофемашину.