Коктейль Сталина

Об этом сам Броневой и рассказывал – привезли с почётом, на чёрной «Победе» – выбирай квартиру.

Страшно угнетали сына троцкиста Факторовича. Огляделся вокруг – как-то никому из родных и знакомых нынешняя власть квартиры не дарит, что ты будешь делать!

Броневой рассказывал, что и в партию подавал заявление. Это так сильно осуждал и ненавидел он Советскую власть. Не взяли, правда, но это другая история.

Была в репертуаре Броневого и более серьёзная роль. Играл он её с гордостью вплоть до позорного шоу под название двадцатый съезд с разоблачением культа личности.

Вы правильно догадались, артист Броневой, так жёстко отзывавшийся о вожде при новых начальниках, тогда играл вождя народов Сталина. И талантливо играл.

Вспоминал, что в театре в Грозном каждое появление Сталина на сцене тонуло в овациях. Как залпы салютов стучали складывающиеся деревянные кресла когда весь театр вставал в овации. Приходилось ждать пока люди успокоятся, чтобы продолжить спектакль.

Даже в очень зрелом возрасте Броневой говорит о своей игре с затаённой гордостью:

«Я был похож на Сталина больше настоящего Сталина».

Впрочем, политический курс «сын врага народа» чувствовал крепко. Как только опубликовали помойный доклад Хрущёва выходить в роли вождя Броневой отказался.

Роль была тут же переписана и вместо Сталина появился некий секретарь Ленина в круглом пенсне. Хлопать при появлении на сцене секретаря тоже почему-то перестали. Неужели артист Броневой в один момент стал играть ту же роль хуже? Или всё-таки хлопали не ему?

Вот так, народный артист СССР, исполнитель ролей Ленина и Сталина.

Герр Мюллер, в отличие от наших вождей, был кровавым преступником по-настоящему. А ведь с любовью сыграно, не в укор артисту. Играл человека, которому в каких-то моментах даже сочувствуешь.

Сравните с Советскими атомщиками из недавнего американского сериала про Чернобыль. Там с первых кадров видно, что красные упыри большевики с перекошенными лицами.

Великий, любимый артист, а на душе всю жизнь носил такое. Ну что тут скажешь, только повторить за киношным Мюллером слова о наследниках дяденек в чёрных мундирах, которые непременно воскреснут даже после поражения от Советов:

«Тем, кому сейчас десять, мы не нужны – ни мы, ни наши идеи. Они нам не простят голода и бомбёжек.