Легендарные герои военной разведки

Так и вышло, что все больше писал письма да посылал денежные переводы.

Он беседует о том, о сем, а сам все думает: как же сказать отцу и матери о командировке. Говорит, что время беспокойное, приходится выезжать в разные районы, вот и теперь предстоит поездка на Дальний Восток.

Отец, видимо, смекает, о чем идет речь, и советует не летать самолетом. А мать почему-то вспоминает расстрелянного в тридцать седьмом зятя, парторга ЦК в Кузнецке. Вместе с ним арестовали и его жену, сестру Михаила Антонину.

Михаил, как может, успокаивает родителей.

Он еще не знает, что это его последняя встреча с родной матерью. Зимой 1943 года мама умрет…

…В день отъезда Иванов в новенькой форме капитана прибыл к начальнику отдела. Доложил. Полковник придирчиво оглядел офицера, нахмурился и заметил:

– Перед отъездом на гражданские должности надо представляться в штатской одежде.

Они вдвоем спускаются на третий этаж в приемную начальника Разведуправления. Иванов понимает: беседа предстоит не долгая.

И пусть в будущем у него ответственная задача – принять на связь резидентуру «Рамзай», но сегодня он всего лишь капитан, и для генерала Голикова это только эпизод в работе. Поэтому разговор проходит официально: строгий вопрос – короткий ответ. Уточнены оперативные задачи, должность, знание обстановки. Иногда генерал обращается к начальнику отдела.

Наконец, наступает момент подписания приказа на командировку. В пробел между словами карандашом вписан будущий псевдоним Иванова. Его должен утвердить Голиков.

Но генералу что-то не нравится.

– Почему «Дуглас»? – спрашивает начальник Разведуправления. – Какая-то аристократическая кличка.

Не иначе он вспоминает об американском актере Дугласе Фэрбенксе, фильмы, с участием которого показывали в нашей стране. Нет, не хорошо.

– Он же все-таки дипломат, – говорит Филипп Иванович. – Придумаем ему что-нибудь дипломатическое. Например, «Иден».

Начальник отдела соглашается. Ему все равно, «Иден» так «Иден».

Голиков захлопывает папку и поднимает глаза на капитана:

– Скажите товарищ Иванов, вас не смущает, что вы едете в страну с жестким режимом? Может статься так, что в Генштаб вы уже не вернетесь.

Иванов молчит, хотя ему очень хочется задать закономерный вопрос: почему не вернусь?

– Видите ли, товарищ капитан, у нас действует ленинская формула: пусть пострадают девять невинных, чем один негодяй, принесет несчастье в дом…

Михаил Иванович и вовсе потерян.