Там, где вызывали огонь на себя. Повести и рассказы

Молодая женщина возмущалась – почему участникам Великой Отечественной войны всё вне очереди, война же давно прошла! Присутствовшая при этом Софья Владимировна молодой особе сказала:

– Что такое бомбёжки, артобстрелы, окопы, свист пуль, грязь и копоть ты, наверное, не поймёшь. А скажи, ты снегом подмывалась?

Молодая:

– Шутите. С какого пятерика (с какой стати – прим. ред.)

Софья Владимировна:

Афанасьева Софья Владимировна

– А ты попробуй, как это не раз я делала на войне.

Поймёшь многое. В том числе и то, почему нам продукты вне очереди.

…Софье Владимировне давно уже за 90. Перед войной, будучи замужем за военным, они с мужем находились в Прибалтике. В первые дни войны муж Софьи Владимировны погиб и она ПЕШКОМ пришла в родной город Вязники Владимирской области. Будучи медсестрой, Софья Владимировна обратилась в военкомат и была призвана в действующую армию. К моменту описываемых событий госпиталь, где служила Софья Владимировна находился в посёлке Кириллы западном пригороде Рославля.

Мы подружились с Софьей Владимировной и много времени провели в беседах о войне, моей малой Родине Рославле и вообще о жизни и о людях.

В сентябре 1943 года на совершенствование укреплений выгоняли заключённых из тюрьмы. С работ колонну заключённых конвоировали по обочине дороги.

Немцы уже спешно отступали. По шоссе машины двигались сплошным потоком. Погода сухая. Пыль, смрад. Едущим на машинах было плевать, кого там конвоируют фельджандармы.

Тётя с женой нашего участкового милиционера Петра Сидоровича Жукова умудрились проскочить между машинами на другую сторону шоссе. Оказались в чистом поле. Залегли в какой-то промоине. Пролежали до ночи, а ночью ушли. Немцы и полицаи колонну заключённых загнали в тюрьму, а тюрьму ПОДОРВАЛИ…

Вот так две наши женщины остались живыми.

Но довоенный участковый милиционер Жуков был в районе человек известный. И его семью многие прихвостни полицаев хорошо знали.

Поэтому его сына – подростка Виктора вслед за матерью арестовали и расстреляли.

…Судьба же наших полицаев оказалась разной. Иван Фомченков был осуждён на 25 лет и пропал. Очевидно, погиб или умер в лагере. Иван же Седов был оправдан, призван в действующую армию. Был тяжело ранен. Комиссован. Дожил свои дни в Москве у родственников.

…

По итогам Великой Отечественной войны ещё один мой земляк оттрубил 10 лет лагерей.