Семирамида

Это действительно немалая честь, подобное бракосочетание может резко выделить его, которого все считают худородным молокососом, из дальнего круга приближенных к Салманасару людей. Нину признался, что завистников и недоброжелателей у рода Иблу в Калахе хватает. Прежде всего, Шурдан[9 - Сокращенное имя Ашшур-данин-аплу.], старший сын Салманасара и его наследник.

Молодой человек покрепче обнял девушку, шепнул – если все пройдет гладко, великий царь может оказать ему милость, может придвинуть поближе. Добавил – это так важно сейчас, когда между великим царем и Шурданом пробежала черная кошка.

Девушка замерла, а Нинурта разоткровенничался. После двух неудачных походов в Сирию в стране Ашшура заговорили, что Салманасар утратил илу. Кое-кто полагает, что он слишком долго правит – считай, уже двадцатый год. Этот кое-кто и поддерживающие его города считают, что пора уступить место более молодому и удачливому наследнику.

– Почему же великий царь не может заставить их замолчать?

– У нас в Ашшуре другие порядки, нежели в Вавилоне.

У вас царь подотчетен жрецам и сильным в городе, а у нас – войсковой сходке, на которой очень большой вес имеют городские общины.

Кроме того, общины сильны сами по себе, а добычи за эти два похода было взято куда меньше, чем ожидалось. Переселенцы, приведенные Салманасаром, должны сначала обжиться, доход от них появится через несколько лет, и он будет куда больше, чем военная добыча. Но до этого времени надо дожить. А тут еще Вавилон вечно строит козни!

Шами возразила:

– Вавилон – это небесные врата.

Это город ликования, в котором каждый, кто живет в подлунном мире, может поклониться тому богу, которому он доверяет. В Вавилоне более двух сотен храмов, а уж алтарей и жертвенников не счесть. В Вавилоне знают все о прошлом и будущем.

Нинурта снял руку с плеча Шами, нехотя отозвался:

– Так-то оно так, но я имел в виду твоего отца.

– Его можешь не опасаться. Он трусоват и, узнав, что письмо попало в руки к Салманасару, будет целовать тебе пятки.

Нину надолго замолчал, потом, видимо, окончательно одолев внутреннее сопротивление, согласился.

– Получается складно, но как отнесется дядя? Что решит великий царь?

– Нину, дорогой, любимый! Боги на моей стороне, ведь рассуди: как помимо их воли мы могли бы встретиться в степи? Или тебя послали следить за караваном?

– Нет, мы выехали на охоту.

– Вот видишь. Теперь тебе удалось поймать на лету птицу-удачу…

– Тебя, что ли?..

– Меня, любимый, меня.