Навуходоносор

В ее горной стране о потопе только слышали, здесь же, на равнине, боги смели всех людишек, созданных в помощь Игигам[48 - Игиги – семья небесных богов, в каком-то смысле противостоящих родственным Ануннакам, другой божественной общности, действовавшей преимущественно на земле и в подземном мире. Ануннаки определяли судьбы людей (или «черноголовых») и являлись судьями Преисподней. Однако богом подземного мира полагался и Нергал, принадлежавший к роду Игигов. О том, как случилось, что Нергал (или Эрра – бог чумы) стал супругом богини Преисподней Эрешкигаль, повествуется в другой замечательной поэме «Когда пир устроили боги…».

Между тем чтец в нарядном одеянии принялся с выражением, нараспев зачитывать строки из священного сказания о мудром и добродетельном Атрахасисе, пережившем потоп. Танцоры и мимы на возвышении начали оживлять события.

Когда боги, подобно людям,

Бремя несли, таскали корзины.

Корзины богов огромны были,

Тяжек труд, неподъемно бремя.

Семь великих богов Ануннаков

Принудили трудиться братьев Игигов.

Был Ану, отец их, владыкой верха,

Советником стал воитель Эллиль,

Понукать ими начал Нинурта.

Надсмотрщика поставил над ними – Эннуги.

Вот по рукам ударили боги,

Бросили жребий, поделили уделы.

Ану приписано было небо,

Землю Эллилю они подчинили.

Вод засовы, врата Океана

В присмотр Эа они поручили.

На небо свое Ану поднялся,

Эа спустился в глубины.

Они, небесные Ануннаки,

Тяжко трудиться предписали Игигам.

Принялись те выкапывать реки —

Радость страны, каналы прорыли.

Стали Игиги выкапывать реки,

Жизнь страны, каналы прорыли.

Реку Тигр они прорыли,

Реку Евфрат они прокопали.

Трудились они в глубинах вод,

Жилище для Эа они возводили,

Также Апсу для Ану они воздвигли…

Десять лет они тяжко трудились,

Двадцать лет они тяжко трудились,

Тридцать лет они тяжко трудились.

Годы и годы они тяжко трудились,

Годы и годы в болотах топких.

Годы трудов они подсчитали.

Две с половиной тысячи лет

Они тяжко трудились,

Днем и ночью несли свое бремя.

Они кричали, наполняясь злобой,

Они вопили в своих котлованах:

«Где предводители наши? Жаждем увидеть!

Пусть отменят тяжкое бремя.