Траян. Золотой рассвет

Когда Ларций прилег на своем месте, совладал с голосом и спросил, чем же так опасен ее дядя и почему ее тетя Кальпурния, несмотря на поздний час и дрянную славу, сопутствовавшую ночному Риму, отважилась отправить ее на другой конец города.

– Дядя утверждает, что все имущество тети должно принадлежать только их сыну. Он потребовал от меня немедленно и публично отказаться от тетиного наследства. Тетя возразила. Она заявила: «Ах так! В таком случае и Марк ничего не получит». Это была ужасная сцена.

– Что же это за дядя такой, который считает возможным распоряжаться имуществом разведенной с ним жены.

– Его зовут Марк Аквилий Регул, а тетю – Кальпурния Регула. Вам, должно быть, приходилось с ним встречаться.

Ларций поперхнулся. Откашлявшись, долго сидел молча. Наконец ответил.

– Да уж… – он мрачно посмотрел на гостью. – Приходилось.

Глава 6

В ту же ночь Сацердата, отмеченный приметным шрамом на лбу, владелец лавки по изготовлению надгробных памятников, тайно явился к сенатору Регулу, в его поместье за Тибром, которое тот купил у скончавшегося год назад Веллея Блеза.

Регул, невысокий, на удивление узкогрудый, худой и неумеренно подвижный старик, встретил полночного посетителя неласково. Правое веко у сенатора чуть подрагивало. Он, потирая руки, некоторое время торопливо расхаживал по комнате, потом спросил:

– В чем дело, дружок? Почему мне до сих пор не доложили, что этой девки больше нет на свете? Я удивляюсь, у тебя при виде красотки дрогнула рука или ты хитришь со мной?

– И рад бы схитрить, да только у меня погибли двое верных товарищей, и сейчас мне не до хитростей.

Регул разом успокоился, пригладил остатки волос на маленькой, длинноносой головке – щеки у него были впалые донельзя, – прищурившись, глянул на гостя.

– Ты часом не рехнулся, Сацердата? Я ничего не понимаю. При чем здесь лупанарий, какая-то Сирия? Что ты, паршивый раб, мелешь? Племянницу римского сенатора в лупанарий? На крест захотел? Тебе что было предписано? Зарезать чисто, без боли. Можно придушить, – сенатор на мгновение остановился, в упор глянул на гостя и погрозил пальцем. – Не раздражай меня, Сацердата.