Вольф Мессинг. Взгляд сквозь время

На этот раз он явился одетым вполне в духе «Рот Фронта» – в гимнастерке, но без красной звезды на фуражке. Армейские штаны заправлены в сапоги. Когда Вольф передал ему предложение Гюнтера, Вайскруфт на мгновение испытал страх, затем взял себя в руки и коротко кивнул.

Вилли настоял шагать порознь. Как он выразился, в «целях собственной безопасности». Мессинг уточнил:

– Твоей?

– Нет, Вольфи, твоей.

– Мне бояться нечего, – по-русски ответил Вольф. – Мне ничто не грозит.

– Пока, – уточнил Вилли.

 – И я не хотел бы, чтобы это «пока» скоро закончилось.

Вольфу было трудно понять, чего они оба – Вилли и Гюнтер – опасались. Он не состоял ни в какой партии, не примыкал ни к какому крылу, не хранил в номере отеля оружие или динамит, не посещал никакие сходки (первомайская демонстрация не в счет – пусть тот, кто не участвовал ни в какой демонстрации, бросит в меня камень). Он не принадлежал никому, кроме самого себя и Ханны.

– Послушай, Вилли – настоял Вольф.

 – Благодарен тебе за заботу, но я как-нибудь сам позабочусь о себе. Твоя озабоченность вызывает у меня подозрения, не ведешь ли ты двойную игру?

– Конечно, веду, но об этом после. Сначала Шуббель, потом исповедь. Ты – слишком ценный экземпляр, Вольфи, чтобы так запросто уступить тебя врагам Германии. Говорят, ты способен читать чужие мысли? Это правда? Когда меня убеждают, что расплодившиеся у нас всевозможные чародеи и провидцы вроде Белого мага умеют улавливать мысли других, я только смеюсь в ответ, но к тебе я всегда относился всерьез.

Мы обязательно встретимся и поплачемся друг другу в жилетки. Евреи и русские очень любят жаловаться на жизнь, особенно под рюмку водки. По себе знаю. Иди первым.

После такого напутствия Мессинг не мог отделаться от мысли, что того и гляди из-за какого-нибудь угла на него набросится белогвардейский террорист, однако погода была теплая, ветреная, как всегда бывает в Берлине в июне, и до тетушкиной пивной он добрался без всяких приключений.

Они устроились в дальнем углу. Вилли сел отдельно от Вольфа – расположился спиной к стене, не без опаски огляделся. Мессинг смог уловить его возбужденное смятение, ведь он рискнул посетить одно из самых опасных гнезд, в которых собирались красные осы.

Через несколько минут к нему подсел Гюнтер. О чем они беседовали, Вольф улавливал с трудом, и, если откровенно, их разговор был ему неинтересен.