Точка Невозврата

)] и уполномоченный по заготовке продовольствия должны были обеспечить порядок в Орле и его нормальное жизнеобеспечение. Военный комендант первопоходник поручик Хмельницкий славился энергичностью и решительностью.

Активности большевистского подполья в городе, переполненном войсками, не наблюдалось. В то же время участились ночные грабежи. Неуловимые мародеры били стёкла брошенных советских магазинов. Многие грешили на армию, приводя довод, что в районах, где охрану несли жители, воровства не наблюдалось.

Вышел первый номер газеты «Орловский вестник», известной тем, что в конце девятнадцатого века в ней состоялся литературный дебют писателя Ивана Бунина. Тон «Вестника» был бодр, тираж изряден, распространялся он по символической цене – два рубля с полтиной за экземпляр.

Начал функционировать городской театр, давший «Трактирщицу» Карло Гольдони. Спектакль прошёл при полном аншлаге.

Несмотря на все эти публичные мероприятия, дух временного обладания Орлом витал в воздухе.

Имена бывших городских гласных, принявших участие в совещании под председательством военного коменданта, в целях безопасности держались в тайне.

Неприятный осадок оставила позиция местного православного духовенства. Епископ Орловский и Севский Серафим отказался служить благодарственный молебен по случаю освобождения города христолюбивым белым воинством. Умудрённый жизнью губернатор Свербеев с трудом убедил экспансивного Скоблина не применять к опасливому епископу репрессивных мер.

Четвёртого октября в Орле побывал с инспекцией комкор Кутепов. В целях поднятия духа войск и настроения горожан он провёл смотр резервных частей. Во время прохождения рот торжественным маршем налетели два красных «ньюпора»[50 - «Ньюпор» – французский истребитель Первой мировой войны.], сбросившие листовки и мелкие бомбы. Обошлось без жертв и особых разрушений, но эффект от мероприятия был скомкан.

Вникнув на месте в оперативную обстановку, генерал согласился, что удержание Орла с каждым днём делается всё более проблематичным. Угроза тактического окружения нарастала. Тем не менее от своего прежнего решения упорно оборонять город командующий корпусом не отказался.

Штаб корниловской группы размещался на Карачевской улице, в фешенебельной гостинице «Берлин», с началом мировой войны из патриотических соображений переименованной в «Белград».