Верхом на кочерге

Бригов отдернул руки, как от кипящей воды.

– Не узнаю тебя, Юлька…

– А я не Юлька, – сказала я тоном, отвергающим сантименты, – Я Юлия Владимировна, и давай шепотом. Прикройся, смотреть… неприятно.

Я хотела сказать «противно», но ограничилась эвфемизмом. Хотя, в любом случае, смотреть на это было ТОШНО.

– Что ты тут делаешь?

– Ничего, – ответил Бригов, – Мемуары сочиняю. Тайком и ночью.

Я заглянула в маникюрный набор, одной рукой попробовала перелистать журнал. Задумалась… и притупила бдительность. Бригов схватил меня за плечи, развернул и впился в меня своими красивыми, ненавистными, омерзительными губами!

Я сдалась без боя.

Он был необычайно нежен, ласкал, как невесту, а я терпела, шептала «еще» – вместо того, чтобы спихнуть его на пол и обматерить нормальными человеческими словами. Что нашло на Бригова? Решил меня использовать? Испугался потерять? Влюбился, как в самого себя?

В общем, подтвердилось расхожее правило: женщина, как мобильник – наворотов много, а функция одна.

Бригова хватило на полчаса, потом он выдохся, решил, что хватит. Пошатываясь, ушел в ванную, вернулся, лег и выставился на меня такими глазами, словно я теперь перед ним в неоплатном долгу.

Не дождавшись признательности, откашлялся и перешел к делу.

– Юлька, я тут влип в одну историю…

– Ты говорил, – зевнула я, – На Сорок пятой улице, между школой и лечебницей.

– Ага, там скверик и темные аллеи… История занятная. Она чревата крупнейшим со времен «Ирангейта» международным скандалом. И персонажи скандала будут всячески препятствовать попаданию этой истории в средства массовой информации. Хватаешь мысль?

– Шантаж, – зевнула я. Знаем мы его истории.

– Нет, – Бригов покачал головой, – Шантаж – это когда плохие парни издеваются над хорошими, требуя оплаты за ошибки молодости. А мы с тобой парни положительные, поэтому давай условно назовем наше мероприятие 201-м способом относительно честного отъема денег у населения.

– Мы с тобой? – я очнулась, – Наше мероприятие? Дорогой, это подло – принимать за бывшую жену решения, чреватые пожизненным заключением!

Бригов съел мою «бывшую» и с фальшивой доверительностью положил руку на плечо.

– Нет, Юлька. Думай что хочешь, но пять миллионов баксов – это не подло. Знаешь правило пяти миллионов баксов?

– Нет, – машинально промямлила я.