Два эпизода из жизни стихоплета и повесы Франсуа Вийона

Мир менялся на глазах, все это видели, но не понимали, почему такое происходит. Неужто и вправду грядет конец света?

Самым великолепным в католической Европе все признавали Бургундский двор. Там в садах Дижона[3 - Столица Бургундского герцогства.] кружили не стрекозы и мотыльки, а амуры, осыпая встречных стрелами, отравленными ядом любви. Дух двусмысленной недосказанности и куртуазности царил в усадьбах помещиков, городских особняках и замках знати. Еще более, чем прежде, расцвел культ Прекрасной Дамы, поднявший женщин из высших слоев общества на невиданную высоту.

Эталоном красоты считались хрупкость и матово-белый оттенок кожи. Число самоубийств на почве неразделенных чувств росло. Ради любви не жалели ничего даже самой жизни.

Дамы удлинили шлейфы платьев, хотя еще проповедник Этьен де Бурбон[4 - Этьен де Бурбон (ок.1180–1261) – французский инквизитор.] предупреждал о том, что невидимые людьми демоны, раскачиваются на них, словно на качелях.

Дабы соответствовать вкусам времени, сеньоры начали брить щеки и подбородки.

Для этого требовался навык, а они лучше владели мечом, нежели помазком и бритвой. Цехам цирюльников прибавилось работенки, чему те были только рады. Впрочем, кроме ухода за лицом клиентов цирюльники занимались хирургией, а по мере сил предоставляли и стоматологические услуги.

Духовенство утверждало, что именно прародительница Ева, подученная Дьяволом, соблазнила Адама, а посему слабый пол более всего предрасположен к связи с Нечистым, тут уж от идеализма легко перейти к садизму.

По всей Европе началась охота на ведьм.

Эталоном поэтического вкуса все единодушно признавали Данте Алигьери с Франческо Петраркой. Юноши, мечтавшие о литературной славе, пытались подражать своим кумирам. Латынь все более уступала свои позиции грубым наречиям простонародья, хотя в университетах еще долго преподавали на ней. Кто желал познать тайны мира, должен был постигнуть и речь древних римлян. Конечно, то был не изысканный язык Овидия, а всего лишь церковная латынь.

Внутри городских стен шло бурное строительство ратуш, особняков знати, крытых рынков и отелей. В архитектуре царствовала поздняя готика с ее сложнейшими формами. За остроконечные арки проемов, напоминавшие языки огня, такой стиль нарекли «пламенеющей готикой».

На Апеннинах все сильнее разгоралось Возрождение, но в остальной Европе царствовало средневековье, озаряемое редкими всполохами зарниц. Влияние Италии к северу от Альп почти не чувствовалось.