Дети блокады

– A-а! А когда бомбить будут? – с любопытством спросил он.

Ему очень хотелось увидеть вражеские самолеты и падающие бомбы. Это не то что в кино: хоть и похоже, но не настоящее. На Сиверской он видел недавно разбомбленный вокзал – здание было разрушено полностью.

– Я есть хочу, – сказал он, так и не услышав от матери ответа.

– Поешь щей.

– Не, я скибку[4 - С к и? б к а – кусок, ломоть, краюха.] хлеба возьму. Потом пообедаю. – Витька отрезал ломоть от буханки, полил постным маслом, посыпал солью и, кусая на ходу, поспешил во двор.

За домом, где помещался крохотный, зажатый со всех сторон громадными стенами чахлый садик, было необычно пустынно: нет его сверстников, нет мелкоты, вечно дерущейся в двух песочницах. Витька подумал, что сегодня игра в «войну» не состоится: нет народу ни для «красных», ни для «белых».

Он прошел за угол низкого мрачного строения прачечной, отбросил доски и задумчиво уставился на самодельный броневик, сделанный из педального детского автомобиля и половины железной бочки, прикрепленной сверху кузова вместо башни.

Выше смотровой щели, поперек бочки, белой краской аляповато было выведено: «Смерть Колчаку».

Броневик был предметом гордости всей Витькиной компании. Ни один двор не имел педального броневика, а в их доме не было даже педального автомобиля. В нем жили люди скромного достатка, и такая роскошь для ребенка считалась непозволительной. Автомобиль и Витьке достался не совсем праведным путем.

Это было в прошлом году. Едва ребята перелезли через забор Большого сада, как увидели на дорожке новый ярко-синий педальный автомобиль, за рулем которого сидел пухленький холеный карапуз в матросском костюмчике.

Ребята знали наперечет всех обитателей Большого сада, но такого нарядного малыша ни на Воронежской, ни в ее окрестностях не числилось.

«Вот бы покататься!» – У Валерки заблестели глаза.

«Не, из него броневик надо сделать. Тогда „война“ будет как настоящая», – возразил Витька.

Они подошли поближе к счастливому обладателю автомобиля.

Витька держал в руках рогатку.

«Пацан, ты чей?» – спросил Витька.

«Пирожков, – ответил толстячок, пристально разглядывая рогатку. – Дай стрельнуть», – попросил он.

«Где живешь?» – не отставал Витька.

«На Боровой, – с готовностью ответил тот и снова попросил: – Дай стрельнуть».

«На», – протянул Витька рогатку.

«А куда стрелять?» – спросил обрадованный мальчик, поспешно вылезая из автомобиля.

Ребята оглянулись вокруг.