Капкан для пилигрима

– Ну что, мил человек? – обронил солидно, с достоинством. – Справились с бедой?

– Вот уж спасибо так спасибо! – горячо выпалил староста, руки к выпуклой груди прижал. – Без тебя, божий человек, и не знали бы, как быть.

– Вы возле дороги пост круглосуточный организуйте, – взялся инструктировать Матвей и тут же голос затвердел, уверенностью налился. Преподавательский голос, поставленный.

– Пускай бдят и днём, и ночью, всех путников мимо деревни дальше отправляют. Возле дороги пару бочек с водой поставьте, да несколько корзин с сухарями.

– Сделаем, – твёрдо заверил староста и Матвей, заглянув в его глаза, поверил. Этот сделает. Не зря людьми командует, заслужил такое право.

– Просьба у меня к тебе, – и старосту внимательным взглядом окатил. – Пацанёнка пристроить надо. Ни к чему дитё с собой таскать, сам понимаешь.

Староста смутился, плечами поник и взглядом завилял, как виноватая дворняга репейным хвостиком.

– Не принято у нас так, монах, – выдавил, наконец. – Своих сорванцов хватает, а чужого и пристроить не к кому. Обижать ведь будут, свои-то, да и наследство, опять же… И вообще.

– Прав был малой, – разочарованно протянул Матвей. – Действительно, не удастся от него избавиться.

– А ты оставайся, монах! – загорелся вдруг староста, полыхнул энтузиазмом не хуже костра. – Человек ты не только божий, но и решительный, знающий, опытный. Уж для такого-то спроворили бы жильё подходящее.

– Не моя это судьба – на месте сидеть, – решительно отрезал Матвей. – Мне Белым Духом указано в пути быть, слово его людям нести. А с пацанёнком… Ну, хоть приодеть-то его поприличнее выйдет? Если в деревне детей девать некуда, то одежонка-то лишняя должна найтись?

– Это найдём, – облегчённо выдохнул староста и широко улыбнулся. Не по себе было, да и понятно: не хочется неблагодарным выглядеть.

– И поесть вам в дорожку соберём, полную суму.

Матвей фыркнул насмешливо, но промолчал. Вот уж расщедрился, жучара! В эту суму только и поместится – взрослому мужику пару раз перекусить. Да и то не досыта, лишь бы не помереть. Впрочем, как монаху и положено.

Глава 3

– Ну что, Миха? – усмехнулся Матвей, – порадовали тебя обновки?

– Богато! – восхищённо выдохнул малец, серую кепку о колено залихватски шмякнул и с размаху нахлобучил на вихрастую макушку.