Клятва

Увы, Генри не разделял с ней этих планов. Мужчина, резко отодвинувшись от любовницы, поднялся с кровати и решительным шагом направился к окну. Совершенно не заботясь о собственном виде и не стыдясь своей наготы, Генри устремил свой взор на лондонскую улочку.

Глазам его предстал пробуждающийся, весенний город. Несколько экипажей неспешно проехали мимо. Вероятно, их пассажиры только возвращались с очередной пирушки. Однако Генри знал – совсем скоро, все изменится. Улицы Лондона заполнятся десятками экипажей и сотнями гостей, прибывших на самое значимое событие года.

Открытие бального сезона.

И если прежде это не вызывало особого интереса у Генри, то теперь предстоящее событие имело к нему прямое отношение. В голове в очередной раз, за это утро, застучали слова.

«4 апреля 1816 ей исполнится 18».

– Гилберт! – властным голосом позвал слугу Генри.

Снизу послышались торопливые шаги. Следом – распахнулась дверь, и на пороге показался невысокий мужчина. Совершенно не обращая внимания на брюнетку, все еще продолжавшую валяться на постели, Гилберт обратился к хозяину:

– Вы звали меня, милорд?

– Готовь экипаж, Гилберт, – продолжая смотреть в окно, приказал Генри.

– Милорд изволит проведать кого-то из лондонских приятелей? – уточнил слуга.

– Нет, мы отправимся за пределы Лондона.

– Как угодно милорду, – Гилберт, собрался было, отправиться выполнять приказ господина, однако тот окликнул его:

– И еще, Гилберт, пусть другой экипаж доставит мадемуазель Де Ви до её апартаментов.

И если мадемуазель Маргарет Де Ви и была разочарована решением этого красивого, но судя по всему, бессердечного мужчины, она подавила свой вздох и те едкие мысли, что вертелись в голове. Понимала, с такими людьми нужно говорить осторожно. И нужно было радоваться тому, что такой человек обратил на неё внимание. Даже одно это – поднимало её статус среди других молодых певиц. Да. Она не будет переживать.

Совсем скоро, разочарование Маргарет и вовсе испарилось – случилось это ровно через час, когда она прибыла в свои апартаменты, а слуга от её нового любовника, принес ей дорогой подарок от него – великолепные рубиновые серьги.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Англия, графство Шропшир, деревня Эджмонт.

По лугу, залитым солнечным светом, мчалась всадница. Светлые волосы её, подхваченные порывом теплого ветра, своенравно выбились из прически, соломенная шляпка, сбившись на бок, угрожала вот-вот сорваться с головы и улететь в неизвестном направлении.