Призрак

От столь откровенного взгляда Леа почувствовала, как защипали ее щеки – стыдливость давала о себе знать, окрашивая кожу лица в румяный цвет. И в этот момент девушка была необычайно хороша и свежа, и красотой ее любовался не один Эрно.

И не один он желал ее…

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Слуги разносили аппетитную выпечку – прямоугольные пироги, наполненные начинкой на любой вкус: здесь была и рыба, и мясо, и ягоды, собранные этим летом. Кубки, украшенные драгоценными камнями, наполнялись элем, который пился жадно, словно это была некогда желанная, чистая вода.

Впрочем, Леа предпочитала именно воду, считая вкус пьянящего напитка отвратительным. Как и прежде, девушка хотела бы поскорее покинуть праздничный ужин, страстно желая обмолвиться пару словечками с Эрно. И, судя по его блестящим глазам, то и дело смотрящим на Лею, он думал о том же.

Но Леа не могла себе сейчас позволить спешку. Быть может, отец совсем скоро озвучит столь долгожданное решение. Отчего-то девушке показалось, что сегодняшним вечером Фредек, облаченный в синий бархатный камзол и торжественный плащ винного оттенка, благосклонно смотрит и на нее, и на Эрно.

Поэтому, стоило запастись терпением, чтобы услышать благословение отца. Она так жаждала этого, что готова была подождать.

Заиграла веселая музыка – не та, под которую менестрели рассказывают нараспев истории, цепляющие сердца, особенно сердца прекрасных дам, а совсем другая музыка – под которую так хотелось танцевать. Леа с улыбкой наблюдала, как многие женщины, приглашенные воинами, пустились в пляс.

Девушке тоже хотелось бы закружиться в ритме танца. И, словно услышав ее мысли, Эрно, встав из-за стола, с улыбкой на дружелюбном лице, протянул Леи свою ладонь.

Девушка, не веря своему счастью, приняла его приглашение. Как только ее спутник вывел в центр зала и начал кружить под веселую мелодию, Леа ощутила себя так, словно ее одарили. Она, счастливо улыбаясь, не сводя сверкающих глаз с Эрно, то приближалась к нему, то отворачивалась, то попадала в его бережные объятия.

И так – снова и снова, до одурманивающего головокружения. Десятки глаз наблюдали за красивой парой, и еще больше – именно за влюбленной красавицей.

Когда Леа в очередной раз попала в объятия Эрно, тот, чуть склонив свою голову к ее уху, прошептал с жаром:

– Ты будешь моей, Леа.

Эти слова вызвали два противоречивых чувства в груди девушки: сладкое волнение и ледяной стыд. Она подняла на мужчину глаза, в которых застыл немой вопрос.