Акт направленной справедливости

Барышня была явно раздосадована, но ей ничего не оставалось делать, как подчиниться начальнику.

В переговорной, комнате три на три метра, в центре стоял квадратный стол, вокруг которого с каждой из четырёх сторон размещались стулья. Хозяин и гость сели друг напротив друга, дождались, когда Капитолина Никифоровна принесёт чай, и продолжили беседу.

– Что мне нужно, вы уже, похоже, знаете, Фрол Акимович. Судя по объёмистой папке, у вас там как раз то, что мне нужно. Теперь вопрос: где я смогу ознакомиться с её содержимым?

– Как будет угодно, ваше высокородие!

– Игнат Тимофеевич…

– Как вам будет угодно, Игнат Тимофеевич! – с благодарностью в голосе ответил Студнев.

 – Но сразу хочу вас предупредить, что за указанный вами период по тем улицам, которые вас интересуют, было очень мало желающих. Вот.

С этими словами он достал из папки две книги учёта: на аренду (сдачу в аренду) и покупку (продажу) квартир, комнат и помещений.

Пятровский понимал, что тут с этими документами ему будет работать неудобно, поэтому сказал:

– Я должен буду временно изъять эти книги… На три дня.

Если есть необходимость – могу дать расписку.

– Что вы, что вы! – замахал руками Студнев. – Берите Бога ради! Мы, если что, в рабочей тетради сделаем записи, а потом перенесём сюда. Не стоит волноваться!

Следователь удовлетворённо кивнул головой и отпил глоток чая из фарфоровой чашки.

– Поразительно вкусный напиток! – откровенно воскликнул Пятровский.

Студнев скромно опустил голову и произнёс:

– Чай из Буа де Булонь. Это единственное, что есть у нас в компании французское. По крайней мере – здесь, в столице…

Допив чай и обронив ещё несколько ничего не значащих фраз, Игнат Тимофеевич, взяв книги учёта, убыл к себе.

* * *

Чем ближе подходил Пятровский к Фонтанке, тем сильнее становился ветер.

«Поразительное свойство столичных водоёмов», – размышлял бывший титулярный советник. «С какой бы стороны к ним ни подошёл, куда бы ни повернул – всё одно: ветер дует тебе в лицо! Так было всегда, насколько я помню.

И вполне возможно, так было и до меня. Глядя на всё это, можно предположить, что так будет и после. Похоже, что это сама природа отговаривала тут строить столицу!»

«А ещё если и осадки – жуть! Дождь или снег… Нет. Последний хуже. Заносит лицо и дорогу, и не видишь, куда идёшь или катишь на санях… С дождём проще – смахнул капли, и всё.