Девушки из Блумсбери

Вивьен взяла паузу, будто выжидая, что Эви скажет что-то еще, прежде чем дружелюбно настоять:

– Как мы понимаем, ты знаешь мистера Аллена.

– Да, мисс. Я познакомилась с ним на аукционе. В «Сотбис».

– Значит, ты работала в «Сотбис»? – в тоне Вивьен была нотка удивления, которую Эви пропустила.

– Нет, мисс, я посещала аукцион. С мистером Ярдли Синклером.

– А, да, Грейс сказала мне. Как замечательно. И… откуда ты его знаешь?

Эви не была уверена, что когда-либо встречала кого-то столь же любопытного, как Вивьен.

– Мы члены одного общества.

Вивьен уставилась на нее.

– Какого общества?

– Общества Джейн Остен.

Вивьен ахнула.

– Не может быть!

– Это правда.

– Ты одна из знаменитой восьмерки, что спасли коттедж? Ты и Ярдли Синклер, и актриса Мими Харрисон?

Эви кивнула.

– Никогда бы не подумала. Я сама плачу взносы в Общество Бронте. Мне больше подходит их гнев. – Вивьен взглянула на часы. Мистер Даттон не позволял вешать часы на стены магазина, чтобы покупатели не вспомнили вдруг о других своих обязательствах.

 – Скоро будет время второго завтрака. Хочешь присоединиться ко мне на кухне? Новая глава отдела или нет, но от нас, женщин, мужчины всегда будут ждать чая. Хотя здесь его заварить – тот еще подвиг, поверь мне.

Они прошли по коридору в кухоньку, расположенную через холл от двух задних кабинетов, где Эви заметила вчерашнего высокого блондина с лестницы, теперь с удобством устроившегося в кресле мистера Даттона.

Вивьен тоже кинула на него взгляд.

– Как я и говорила, не обращай на него внимания, – повторила она со вздохом.

Проведя ее в маленькую кладовку, переделанную под кухню, Вивьен взяла с полки жестяную банку с чайными листьями и включила в розетку электрический чайник.

– Мы всегда оставляем воду в чайнике, чтобы она застоялась. Лишь один из множества моих маленьких актов сопротивления.

Вивьен принялась доставать сахарницу и разные чашки и блюдца из открытого шкафа у них над головами.

– А теперь мы будем ждать прямо здесь, потому что чайник может и выкипеть. Я так однажды подожгла стол.

Она странно засмеялась, и ее веселая враждебность не позволила Эви придумать хоть что-нибудь, что сказать в ответ.

– Поскольку по талонам нам положено только две унции в неделю, то есть двадцать пять чашек, мистер Даттон требует от нас семерых – теперь восьми! – вести строгие подсчеты. Но если делать четыре похода на кухню в день, не ошибешься.