Девушки из Блумсбери

Раздраженно вздохнув, Вивьен выступила вперед, сняла часы и протянула их напряженной рукой.

– Видишь, Агнес, – триумфально воскликнула женщина. Но едва она рванулась выхватить часы из руки Вивьен, Алек остановил ее.

– Позвольте мне, – сказал он удивительно мягко и взял часы у Вивьен сам. Он мгновение держал их в ладони левой руки, затем перевернул крышкой вверх и показал обеим женщинам.

Та, что пониже, по имени Агнес, посмотрела на гравировку, затем сделала шаг назад с покрасневшим лицом и потянула сестру за руку, чтобы уйти.

– Полагаю, это все, леди, – твердо сказал Алек, едва скрывая раздражение.

Сестры вместе вылетели из кабинета, а Грейс осталась стоять на пороге, без слов наблюдая, как Алек возвращает часы Вивьен. Она в ярости надела их, затем развернулась на каблуках и тоже ушла.

– Это все, – сказал Алек Грейс в непривычно немногословной манере.

Грейс тоже вышла из кабинета в свою комнатку поменьше. Из окна в магазин она видела, как возвращаются к покупкам посетители.

Это не все, подумала она, в полнейшем недоумении. И это определенно был не конец.

Но что, черт возьми, было началом?

Глава десятая

Правило № 28

Отношения между сотрудниками должны всегда оставаться строго профессиональными

Началось все по ошибке.

Через несколько месяцев после начала работы Вивьен в магазине Грэм Кингсли, тогдашний глава Отдела художественной литературы, организовал на втором этаже мероприятие в честь выхода новой книги Ивлина Во «Возвращение в Брайдсхед».

Для «Книг Блумсбери» это был большой и неожиданный успех, и они достигли его исключительно благодаря влиянию и связям своего владельца, лорда Баскина.

Ивлин Во вернулся в Лондон осенью 1945 года со службы в Югославии, и Вивьен, мягко говоря, была ошеломлена его появлением в магазине. В попытке расслабиться она выпила бокал шампанского, хоть и была на работе, но вместо того, чтобы раскрепостить, алкоголь только усилил ее робость.

Она так и не подошла к мистеру Во, чтобы засыпать его вопросами о последней книге, которую Вивьен прочитала тем летом за день на пляже неподалеку от квартиры бабушки в Гастингсе, а затем разобрала по главам, как конструктор. Вопросами о симметрии сюжета, об идеальном внутреннем названии – Et in Arcadia Ego[3 - И в Аркадии я (лат.).] – и о том, действовали ли брат с сестрой, Себастьян и Джулия, только относительно друг друга.