Общество Джейн Остен

Хотя он не мог сказать, чувствуют ли все они это, но именно здесь связь с семейством Остен ощущалась наиболее сильно. Церковь стояла на территории имения Чотон-Парк, которое досталось Эдварду, старшему брату Джейн, от пожилой бездетной пары, усыновившей его, чтобы не остаться без наследника. В состав имения входил также домик прислуги на перекрестке Госпорт-роуд и Винчестер-роуд, в котором нашла приют своим писательским трудам Джейн Остен, так много лет зависевшая от родственников?мужчин. Минуло полтора века, и семейство Найт все еще властвовало здесь – их гербы украшали витражи, алтарь стоял над фамильным склепом, а скамьи были вырезаны из дуба, срубленного на их землях.

Доктор Грей зашел внутрь, сняв шляпу, перекрестился и увидел Аделину Гровер, молившуюся на скамье у алтаря. Ее длинные прямые каштановые волосы касались пунцовых щек, а голова клонилась к груди. На ней было простое, свободное домашнее платье в цветочек, с беленьким девчоночьим воротничком и манжетами на коротких рукавах.

Ее муж, Сэмюэль Гровер, пропал без вести в прошлом марте, участвуя в авианалете близ хорватского побережья, ничего не зная о том, что она была на первом месяце беременности. Теперь ребенок был всем, что ей осталось, – тело мужа покоилось под простым белым крестом на скалистом острове Вис. Доктор Грей дивился выдержке, с которой эта молодая женщина приняла случившееся. Он думал, что, с присущей ей порывистостью, она быстро ожесточится, получив от жизни столь тяжкий удар.

Но она, вопреки всему, приобрела некий ореол жизнерадостности и почти что отчаянную уверенность в том, что в конце концов все будет хорошо. Он мог списать это на ее молодость, но, наблюдая таких пациентов, как Адам Бервик, он знал, что в подобном возрасте такую трагедию перенести намного тяжелее.

В последние полгода каждое воскресенье из прохода между рядами он наблюдал за тем, как она стоит на службе, сложив руки на своем растущем животе, умиротворенно слушая речь преподобного Пауэлла.

Быть может, приближение родов способно так влиять на женщин? Он не знал этого, но думал, что ее беременность приглушила боль, которую ей принесло ее горе. Да и ему ли судить кого-либо? Иногда он задавался вопросом, а что же хорошего вообще несет в себе горе?

Услышав, как тяжко он шагал по старым камням, Аделина подняла голову, но не обернулась. Он молча наблюдал, как она перекрестилась, поднявшись со скамьи, и направилась к нему.