Общество Джейн Остен

Даже когда в школе они ломали копья в диспутах о методике ее преподавания, она всегда считала доктора Грея одним из добрейших людей в их деревне, всегда готовым улыбнуться и приободрить. С тех пор, как погибла его жена, она не знала, может ли он довериться кому-нибудь. Его медсестра Хэрриет Пэкхем должно быть, имела некие виды на доктора, судя по всем тем слухам, что распускала о нем в городе.

Вместе они шагали навстречу закату. Две туристки брели по тропинке, глядя на гравийную дорогу, на церковь в ее тенистом древесном укрывище и на елизаветинский особняк на холме.

– Вернулись, – заметила Аделина. – Немного времени прошло. Только мировая война и была способна им помешать.

– Вы когда-нибудь задумывались над тем, как нам повезло жить вот здесь, совсем как во времена Джейн Остен? Я – да. Иногда мне кажется, что это одна из тех причин, по которым я вернулся.

Аделина с интересом посмотрела на доктора.

– Вообще-то, я тоже так думала. Всегда. Когда я была девочкой, благодаря подобным мыслям это место становилось волшебным.

Как ей вообще удавалось создавать такие сюжеты среди всего этого – этой аллеи, тропинки, церквушки, этих залитых солнцем полей и калитки… Все это такое… такое английское! Они же приезжают сюда, чтобы увидеть все это, потому что ее мир реален. Здесь все это существует на самом деле.

Он кивнул, соглашаясь с ней.

– Хотел вам сказать, что вновь перечитываю «Эмму». Каждый раз нахожу что-то новое, какую-то упущенную деталь.

Словно она все еще творит, и все ее книги живут до сих пор.

Аделина любила говорить с ним о книгах. Когда ее собирались уволить из сельской школы, хоть она и использовала собственную свадьбу как предлог для ухода, нетерпимость к ее методике преподавания достигла апогея. Многие темы и авторы были сочтены неприемлемыми для обсуждения с учащимися, но Аделина считала, что сельским попечителям не стоило вмешиваться в литературные дела, так как об этом уже позаботились куда более образованные и мудрые умы.

Единственным, с кем она могла свободно общаться на тему любимых книг, оставался доктор Грей.

– Даже не знаю, что вам ответить, доктор. Эмма, она… то есть я всячески поддерживаю ее бодрость духа, но иногда мне трудно не упрекнуть ее в себялюбии.

– Эмма вовсе не эгоистка. Она просто любит себя, и любит так, как мало кто способен.

В этом Аделина не была уверена. Ей претило все то внимание, которым наслаждалась Эмма.