Общество Джейн Остен

Аделина стояла рядом с доктором, все еще укрываясь его пиджаком, и Жозефина протянула ей зонтик, бормоча: «Один пиджак погоды не сделает». Она поблагодарила ее и вернула ему пиджак, провожаемая пристальным взглядом старухи.

– Что это с ней? – спросила Аделина, ведомая доктором к старинной конюшне по дорожке, мощенной красным кирпичом. – Мы ее чем-то обидели?

– Полагаю, Жозефина Бэрроу не из тех, кого легко оскорбить.

– Наверное, виной тому все эти хлопоты в огромном пустом доме, где живут лишь она, ее немолодая хозяйка и этот черствый, вредный старик.

Помню, в детстве мисс Найт приводила меня в трепет, но я ее не боялась. Просто тогда она казалась мне такой спокойной, хладнокровной и полной достоинства! А сейчас она вообще ни с кем не видится.

– Франсес всегда мне нравилась. Не думал, что она останется совсем одна. Ей, должно быть, очень тяжело.

– Как вы думаете, почему она так и не вышла замуж?

– Ее родители были чересчур разборчивы, и выбора у нее почти не было.

Какая ирония: ее предки были из йоменов, даже не джентри-фермерами! И видит бог, трудно найти подходящего жениха, будучи скованной всевозможными ограничениями и рамками.

– А она пыталась? Вот вы, например, вы же росли с ней вместе?

– Да, я ее ровесник, мы оба родились на закате века, в 1898?м. В школе учились тоже вместе.

– Достаточно долго для того, чтобы завязался роман, – предположила Аделина.

– Но недостаточно для семьи Найт, – весело ответил он.

 – Я же всего лишь сельский врач.

– Чушь, – фыркнула Аделина, задорно улыбаясь. – Думаю, до женитьбы вы пользовались успехом у женщин.

Доктору не нравилось, когда его расспрашивали о личной жизни до брака, и он поспешно переменил тему.

– Как бы то ни было, Франсес всегда держалась особняком. Некоторые из наших одноклассников пытались ухаживать за ней, но из этого ничего не вышло. Наверное, она просто оставила все попытки полюбить кого-то в нашей деревеньке.

– Странно, а мне посчастливилось найти любовь здесь, где я родилась и выросла.

Готова поспорить, такое случается чаще, чем принято думать.

Доктор Грей, стряхивая воду с зонта, рассеянно кивнул.

Они стояли перед открытой дверью конюшни и заглянули внутрь. В деннике посередине, при неровном свете единственного фонаря, Том Эджуэйт и Адам Бервик хлопотали над оягнившейся маткой. Оба резко вскочили, не ожидая увидеть внезапно вошедших доктора и Аделину.