Цветок из сада

С одной стороны, он видел, как сильно девушка влюблена, с другой стороны, он понимал, что если она решится оставить свою семью – это будет считаться предательством и её никогда не простят, а, возможно, даже казнят, если поймают.

Налия тоже это понимала. Даже в самом страшном сне, она не могла представить, что сможет предать свою семью, но жизнь без любимого человека для неё тоже не существовала. Ей нужно было сделать выбор: семья или любовь…

– Неужели, побег – это единственная возможность быть с тобой? – в отчаянии спросила Налия.

Она совсем не ожидала такого поворота событий. – Я уверена, что если мы вместе пойдем к Повелителю и расскажем ему всё, как есть, то он поймет нас. Он позволит нам быть вместе!

– Нет, никогда нам не позволят быть вместе! – забыв про осторожность, громко возразил Ахмад. – Я из другой страны, не из знатной семьи. Меня просто казнят, а в лучшем случае отправят на родину!

Видя, что Налия всё еще сомневается, Ахмад попытался подтолкнуть её к правильному, по его мнению, решению.

– Ты же так несчастна здесь, любимая. Никто тебя не понимает и никогда не поймет так, как я. – нежно целуя тонкие пальцы возлюбленной, шептал Ахмад – Я знаю, как сильно ты дорожишь семьей, но твоей семье безразличны твои чувства! Для них ты не дороже породистой лошади! Твоя мать выдала всех своих дочерей за знатных чиновников и никакие мольбы её не остановили. Я не уверен, что кто-то в этом дворце по-настоящему любит тебя.

Это было уже слишком. Дарман не мог больше смотреть, как этот молодой посол пытается манипулировать наивной Налие.

Не говоря ни слова, он мгновенно подлетел к Ахмаду и, схватив его за воротник, потащил через весь сад во дворец – прямо к повелителю.

Всё произошло так быстро, что Налия даже не успела ничего сказать и лишь горько заплакала, прижавшись к холодной стене пристройки.

Наконец, немного успокоившись, она решила, что сдаваться нельзя и бегом направилась во дворец.

Войдя в покои Кабира, Налия увидела там, стоящего на коленях перед повелителем, Ахмада, а за его спиной, Дармана, глядящего с призрением.

Также, в комнате была Фаиза. Заметив дочь, она быстрыми шагами подошла к ней и, не сказав ни слова, дала звонкую пощёчину.

– Да как ты смела сюда явиться!? Немедленно отправляйся в свои покои и жди меня там! – закричала Фаиза.

Но, Налия, не обращая внимания на боль и унижение от пощёчины матери, в слезах, подбежала к повелителю и упав перед ним на колени, начала умолять его помиловать Ахмада.