Очарованный край

Люба догадалась, что за тонкой перегородкой стоит печка, где спит Марь Ивановна с детьми.

«Просила же дать мне отдельный номер!» – раздраженно подумала прима.

Дети что-то быстро шептали, словно уговаривали. Наконец Марь Ивановна согласилась, буркнула недовольно спросонья, по-стариковски откашлялась и завела уже без тени досады:

«Долго думал старик, как Суоятар извести, и вот придумал. Натопил он жарко баню. Выкопал у самого порога яму и заполнил ее горящими углями. Поверху расстелил красный ковер до самого дома и зовет Суоятар с дочерью.

Они обе черные, кривые, на жаб похожие, приоделись в яркие одежды, идут, промеж собой говорят:

– Вот какие мы важные, уважаемые – под белые ручки по красному ковру нас в баню ведут!

Дошли так до порога и в яму рухнули, только угли оттуда взметнулись.

Дочка Суоятар кричит:

– Пусть превращусь я в лягушек прыгучих, гадов ползучих и выберусь из ямы!

Тут же во все стороны запрыгали лягушки, поползли змеи.

А сама Суоятар горит, видит, не выбраться ей, кричит:

– Пусть волосы мои станут тиной болотной.

Пусть руки мои станут корнями корявыми. Пусть тело мое будет гнусом и комарами жалящими.

Вылетел из ямы рой насекомых, разбежались во все стороны корни, а озера затянуло тиной. Так и пришел конец Суоятар. Такой длины эта сказка».

Люба невольно примерила на себя выбор между горящими углями и скользкими ползучими гадами. Ее передернуло. Потом она обозленно повернулась на другой бок: «Только спать мешают. Не хватало еще, чтобы завтра вылезли круги под глазами.

Весь съемочный день испортят».

Под собственное ворчание она снова провалилась в сон.

________________________

*

В тексте использованы отрывки из сборника карельского и финского эпоса «Калевала» составитель Элиас Лённрот

Янисон – J?ni? (карел.) – заяц

Кивилайнен – Kivi (карел.) – камень

«Тюндель потек» – сойти с ума

Глава 4

Глава 4.

Сергей

Звезды искрились, затягивали. Запрокинутая голова кружилась, но не хотелось отрываться.

Словно в детстве, когда только постигаешь всю бесконечность мира и внезапно упираешься взглядом в небо, понимаешь насколько оно недостижимо.

Сергей чувствовал рядом чье то присутствие, но не спешил поворачиваться, отрываться от волшебства.

– Открылась бездна, звезд полна; Звездам числа нет, бездне дна*.

Голос знакомый и чужой одновременно заставил вернуться к действительности.

– Сан Саныч?

Если это был режиссер, то он стал значительно меньше ростом.