Вселенная Паши Коноплева. Приключения вундеркинда

Что тут скажешь? На память приходят строки Мандельштама:

Быть может, прежде губ уже родился шопот

И в бездревесности кружилися листы,

И те, кому мы посвящаем опыт,

До опыта приобрели черты.

Он мог бы стать крупным ученым, как говорили специалисты по детской одарённости в те времена, когда Паша ещё был среди нас, жил на Ленинском проспекте…

Паша Коноплев, хоть и был нашим современником, но так и остался загадкой. Только и можно, что согласиться с философом Gilles Deleuze, что «Разум являет нам свой истинный лик лишь тогда, когда он грохочет в своём кратере».

В книге много интереснейших публикаций Паши, неоконченных набросков, писем, воспоминаний друзей…

От чтения этой увлекательной повести трудно оторваться, и приходилось с трудом подавлять желание цитировать и цитировать, разбазаривать захватывающие внимание эпизоды Пашиного детства, и поразительные подробности свершений обитателя космоса, и свидетельства-воспоминания окружающих его простых землян.

Но совестно раскорчевывать целостную картину этой рано оборвавшейся биографии, написанную автором, больше которого никто не знает самых сокровенных её подробностей.

Потому что автор – мать Паши Коноплева.

Но всё-таки не удержусь, процитирую строки стихотворения Паши, в котором, мнится мне, светится загадочная его душа:

Человек – система настолько сложная,

Что нет людей, которые

не заслуживают внимания,

Ещё более сложна любовь двух людей,

Каждый из которых неисчерпаем,

Как и атом.

Я – человек, который запрятал

Стёклышко среди драгоценных камней,

И требует, чтобы его искали

И взяли себе, а не найдя – огорчились.

* * *

Насколько трудно быть вундеркиндом? На этот вопрос отвечает автор книги и мать одного из них, посвятившая себя сыну: «Эти дети несут крест, несравненно более тяжелый.

Они исполняют роли, которые не исполнит никто».

Но невозможно не задать вопроса: «А каково быть родителями вундеркинда?»

В книге нет намёка на сентиментальность. Но есть чувства, которые выражены близкими автору словами – строчками из стихотворения Твардовского:

А я его, мальчика, мыла,

А я иной раз не спала,

А я его грудью кормила,

И я ему имя дала.

И этой любви хватило бы на обычного ребёнка.