Айседора Дункан. «Танцующая босоножка»

Августа огляделась с тревогой – в комнате не было младшей Денкан. Неужели с ее любимицей Дульси что-то случилось?! Но остальные дети спокойны, да и Мэри тоже.

– Ешьте. Только не забудьте оставить Дульси, – скомандовала мать, подвигая куски пирога Елизавете и ее братьям.

– А… ты? – осторожно поинтересовалась дочь.

– У меня сегодня нет аппетита.

У Августы сжалось сердце, когда она заметила, как старательно соскребла с оберточной бумаги все прилипшие крошки и незаметно отправила их в рот Мэри, у которой якобы совершенно не было аппетита.

Мать голодна не меньше детей…

– А где Дульси? – осторожно поинтересовалась Августа, перейдя, вернее, протиснувшись следом за сестрой к роялю.

Ответил с набитым ртом Раймонд:

– Она у мящ…ника…

– У кого?

– У мясника.

Августа понизила голос до шепота, хотя в небольшой комнатке, треть которой занимал рояль, было трудно что-то утаить:

– Ты посылаешь малышку к мяснику?

В этот момент за окном раздались крики и собачий лай.

Август метнулся сначала к окну, а потом в дверь. Раймонд последовал за братом, видно они сразу поняли, что происходит. Выбежала и Мэри.

Августа подошла к окну следом за Елизаветой. На улице Август и Раймонд отгоняли собак от прижимавшей к себе что-то завернутое в фартук Дульси. К ним на помощь спешила мать.

– Что это?

Елизавета спокойно объяснила:

– Дульси опять выклянчила что-то у мясника, но пристали собаки.

Они всегда чувствуют, когда можно поживиться.

Через минуту самая младшая Денкан действительно с гордостью вывалила на стол мясные обрезки и кости:

– Вот! Здесь на целую неделю хватит.

Мэри немедленно поставила на плиту большущую кастрюлю.

Улучив минуту, когда слегка насытившиеся дети убежали по своим делам, Августа подсела к сестре, которая перешивала принесенное платье, оно вполне подошло Дульси.

– Мэри… тебе трудно с четырьмя детьми…

– Только не предлагай мне выйти замуж за твоего знакомого!

– Нет-нет, я не о том.

Мы с мамой могли взять кого-то одного к себе. На время, – быстро уточнила Августа, встретившись с возмущенным взглядом сестры. – Пусть у нас поживет, например… – конечно, она хотела бы назвать свою любимицу Дульси, но и дома уговор был другой, и Мэри ни за что малышку не отдаст, – … Элизабет. Или Август. Дульси с Раймондом разлучать нельзя, они словно двойняшки.