Ярослав Мудрый и Владимир Мономах. «Золотой век» Древней Руси (сборник)

Потом вдруг поняла, что тратит жизнь на обиду, вместо того чтобы поставить на ноги хотя бы того сына, который с ней. Рогнеда стала настоящей хозяйкой в Изяславле – отстроив город по-своему, она оставила старшему сыну крепкое хозяйство.

А в это время двое младших – Ярослав и Всеволод – взрослели в Киеве без матери. Блуд приглядывал за обоими, но не скрывал, что его питомец прежде всего Ярослав.

* * *

Блуд никому и никогда не рассказывал о предсказании волхва, а Славута слышать не мог. Это была его тайна, и раскрывать таковую бывший воевода не собирался.

Упорства оказалось не занимать обоим. Если бы упорство Ярослава было направлено против Блуда, тому несдобровать, но остро чувствовавший, что единственный по-настоящему любящий его человек – это кормилец, Ярослав всецело подчинился его требованиям и стараниям. Была еще мать, но она где-то далеко. Блуд часто рассказывал Ярославу о Рогнеде, о том, какая она красивая и умная, как любит своих сыновей, только вот не судьба жить с ними.

Князю Владимиру заниматься сыновьями недосуг, один поход следовал за другим. Нет, он не воевал, как отец, с Хазарией или Византией, ни к чему, зато добавлял и добавлял к своим землям соседние. Под руку князя окончательно встали пригнутые князем Святославом вятичи и радимичи, подчинились волынские земли… Владимира очень любила дружина за то, что не жалел для нее ни злата, ни серебра, себе брал меньше, чем отдавал дружинникам. А уж о его дружинных пирах вовсе легенды стали складывать.

Со всеми был добр и хорош князь, только сыновьям доставалось той доброты и внимания в последнюю очередь. Почему? Бог весть, может, просто чувствовал свою перед ними вину? Самый старший Изяслав с матерью Рогнедой далеко в опале, Святополк при живой матери точно сирота у чужих людей, Ярослав и Всеволод присмотрены благодаря кормильцу Блуду. Нет, у княжичей есть все что нужно, но ведь не одной едой да одеждой ограничены детские надобности. Им каждодневный догляд и внимание нужно.

* * *

Владимир вернулся из очередного похода, был доволен и возбужден. Во дворе галдели гриди, было шумно, весело. Любопытные мальчишки крутились рядом, нутром впитывая походный дух, слушали новости. Тут же и княжичи, все трое, тоже глазели, сравнивали, у кого какой конь, какое оружие, кто чем бахвалится.

Дружинники не очень-то задумывались о том, что не все надобно для детских ушей, болтали так, словно до того полгода молчали.