Убитая монета

Например, очень опытные егеря на охоте для особо важных персон. Или хирурги, продолжающие наблюдать пациента после сложной, рискованной, но закончившейся хорошо операции.

– Адвокат это. По фамилии Виноградов. Нам прокачали его через полицейскую систему распознавания лиц, совпадение полное. Сейчас пробиваем по другим базам. – Олигарх веером развернул фотографии тех, кто попал в поле зрения уличных камер:

– А про этих что скажешь?

– Так… вот, значит, я, – Дыбенко показал на тот снимок, где он общается с адвокатом.

 – Это Живчик… простите, запамятовал фамилию. Потом посмотрю, если надо, у меня данные есть, но его просто все так и называют – Живчиком. Начинал, как мелкий спекулянт монетами, потом поднялся. Теперь считается чуть ли не экспертом, хотя по-настоящему знаний у него глубоких нет, нахватался отовсюду понемногу… Репутация у него отвратительная – на руку нечист, да еще говорят, что стучит-перестукивает в компетентные органы.

– Почему же с ним общаются?

– Ну, так среди господ нумизматов таких, как он половина… Если не больше.

– С Леверманом этот Живчик связан был?

– Нет, не думаю. Разные уровни, – пожал плечами Дыбенко. – Зато последние несколько лет Живчик постоянно крутится вокруг госпожи Леверман… Вот она у вас на фотографии садится в машину.

– Наследница?

– И не только. Вот, к примеру, этого самого Живчика она держит при себе – думаю, как прикрытие. Такой, типа, громоотвод… хотя сама неплохо разбирается в монетах.

– Папаша покойный научил?

– Возможно.

Но, скорее всего, просто гены…

Олигарх подозвал того охранника, что помоложе, и отдал ему фотоснимки:

– Убери, – а потом предложил собеседнику:

– Еще кофе будешь?

– Нет, спасибо, – отказался Дыбенко.

– Или, может, тебя покормить?

Это прозвучало, как шутка, на которую, видимо, обижаться не следовало. Олигарх лучше многих других знал, что человек, который сидит сейчас с ним, вовсе не бедствует. И что размер капитала, конечно же, вряд ли позволил бы ему войти в список Форбс – но вполне дает возможность носить золотые часы, одеваться в Милане по моде и ездить на «майбахе» с личным водителем.

Олигарх понимал также, что одежда для этого человека – что-то вроде маскировочного окраса у мелкого хищного обитателя джунглей, которому надо не только добывать себе охотой пропитание, но и заботиться постоянно о том, чтобы самому не стать добычей для более крупных зверей.

– Нет, спасибо, – повторил человек с революционной фамилией.