Игрожур. Великий русский роман про игры

Когда Юрику начало казаться, что путешествие никогда не кончится, спутник уверенно свернул к вагону номер восемь, выпустил локоть провожатого и рухнул на грязный перрон. Оттуда Семёныч протянул указующий перст и изрёк:

– Нюрк… Пссна пссди…

Привлечённая шумом проводница выглянула из вагона, злобно взглянула на распластанного морской звездой Семёныча и быстро сказала Гною:

– Быстро залезай, место 32, деньги потом. Чтобы никто не видел!

Юрик забросил в проём чемодан и шмыгнул следом; Нюрка немедленно задраила дверь – поезд отправлялся.

Шатаясь, кибер-витязь побрёл по спящему плацкарту искать место 32; вокруг храпели, портили воздух, кряхтели и издавали другие удивительные звуки. Резко пахло носками и спиртом. Загончик с 32-м местом оказался ярко освещён; Гной робко заглянул туда и понял, что путешествие будет долгим: за столом сидели двое весёлых жилистых мужчин в майках-алкашках и потный тюфяковатый дядька в спортивном костюме; не надо было быть кибер-витязем, чтобы моментально понять, что тут происходит. И верно:

– Очко, Иван Николаич, – бодро объявил один из жилистых и шлёпнул картами по столу. Гной успел заметить на его руке два татуированных перстня, паука и неожиданно милое в таких обстоятельствах слово «КОТ».

Тюфяковатый горестно вздохнул и суетливо полез в карман, но победитель остановил его царственным жестом:

– Оставь, Иван Николаич, потом сочтёмся, – перевёл взгляд на замершего Гноя и без пауз продолжил: – Ты не стой, пионер, ты присаживайся.

Раскинь со старшими в дурачка.

В планы Гноя это не входило, но как отказаться, он не знал. Запинал чемодан под полку и робко присел. «Белый лебедь» начал лихо метать карты; ещё до того, как Гной успел к ним прикоснуться, произошли два драматических события.

В проходе появилась проводница Нюрка и зашипела, чтобы Гной давал деньги. Тот протянул последнюю тысячу, но не тут-то было:

– Две тысячи договаривались.

– А… Семёныч…

Не успел Гной возразить что-то внятное, как в беседу вступил третий, доселе молчавший игрок. Страшным гулким голосом, никак не вязавшимся с его хлипким телосложением, он задал на первый взгляд невинный вопрос:

– Ты с людьми без денег за карты хотел сесть, пассажир?

Этапом из Твери, зла немерено

Юрик попытался что-то сказать, но вместо этого только сдавленно вякнул.