Путь правой руки

Удивительной красоты женщина, молодая и статная, с медными густыми волосами – под стать имени – и ярко-черными бровями. Она опиралась, хоть и без надобности, на корявый посох. Вязь букв на нем сияла белым. Вокруг лениво вились светлячки, а из-за ноги Меды показалась умная мордочка лисицы. Роса ощущала древность и мудрость, что кружила в воздухе, так что у нее перебило дыхание. Будто разговариваешь с самой природой.

– Может быть, это поможет тебе говорить, – сказала она, властно махнув рукой. Ветви, мох и прочий сор, что оплетали Росу, исчезли сразу.

Будто и не было никогда. – А теперь говори. Я пришла к тебе лишь потому, что услышала твои праведные мысли. Ты осознала свой удел, но не раскаялась в неповиновении родителям. В этой горькой ошибке. Значит, это и не было ошибкой, раз ты не чувствуешь вины. Одно сожаление перед лицом всего рода – значит, перед самой собой. Так скажи мне, дитя, как я могу помочь тебе?

– Моя мать хочет выдать меня замуж, – сказала Роса, тотчас осознав всю нелепость своей жалобы.

Как она вообще посмела побеспокоить Меду по такому пустяку, прийти в поздний час и нарушить всякое правило?

– Продолжай, – бесстрастно сказала она. Росе вдруг показалось, что ведунья наперед знает все ее слова и даже легонько улыбается.

Выдать замуж против моей воли. Я не желаю такой участи! Вся моя семья, весь мой род – как куры, которых я кормлю! Никто из моих предков не оставил о себе никакой памяти, никакого дела не передал! Мы растрачиваем годы на пустые дела. Я не желаю себе такой жизни.

Скажи мне, Меда, как мне спастись?

– Ты желаешь отказаться от бремени своей семьи? Жаждешь большего, чем пахать землю? Странно, – заключила Меда с какой-то тоской. Тут в ее глазах мелькнул озорной огонек. – Обычно с такой просьбой ко мне приходят мужчины. Одни жаждут славы, другие влюбляются без памяти и пытаются остаться. Так слушай меня, смелая и прямая девушка в отцовских штанах. Отправляйся сейчас же в свой хлев, что стоит на холме. Там этой ночью ты найдешь свое спасение, хоть и не сразу.

Но помни, если опоздаешь или испугаешься, то поутру уже все исчезнет.

– Спасибо, мудрая Меда, я…

Роса моргнула и тотчас поняла, что оказалась на самой опушке. У босых ног лежала ее одежда. Брата уже не было рядом, как и волшебной тропинки вместе с ленточками, а в ушах еще звенел красивый, но холодный голос ведуньи.

– И помни, – добавила она эхом, что разошлось по кронам деревьев. – Назад пути уже не будет, Роса. Я отдам тебе на сохранение подарок.