Время умирать. Рязань, год 1237

Потом по-быстрому ополоснулись в речке, смывая с тела едучий лошадиный пот, и в седла. Татары, видно, тоже следили за уходящими от погони, потому как почти сразу пустились вдогон.

В этот день стало окончательно ясно, что от преследователей не уйти. Притомившиеся лошади шли заметно медленнее, и расстояние между русскими и татарами неумолимо сокращалось. К полудню их разделяло не более двух верст.

Сегодня, наверное, до отряда еще не доберутся, прикинул Ратислав, а вот завтра… Да если бы и не завтра, а через день или два? Что толку? Идти к рязанским землям нельзя: татары сразу поймут, кто захватил богдийца.

Оно, конечно, монголы и так собираются войной на Рязань, но и давать лишний повод им для того нельзя: кто знает, как там дальше сложится? Переговоры, еще чего. Может, удастся замириться – кто знает? Так что идти на север невозможно. А за два дня проскакали не меньше двухсот верст на закат. Давно пора поворачивать.

Сейчас отряд шел плотно. Задний дозор не нужен, так как татары видны как на ладони, впрочем, как и русичи преследователям.

Передовые и боковые дозоры на своих местах, в паре верст впереди и по бокам.

Ратьша, скачущий в хвосте отряда, ожег плетью коня, тот взвизгнул и ускорил бег. Обогнув несущихся всадников справа, боярин догнал Могуту, идущего в голове отряда. Поравнялся с ним стремя в стремя и крикнул, чтобы тот услышал его за грохотом копыт:

– Что будем делать?

Ближник помолчал какое-то время. Потом крикнул в ответ:

– Поворачивать к своим нельзя! Уходить дальше на закат – догонят! И скоро!

Ратислав кивнул, соглашаясь.

– Надо делать уловку с ухороном! – еще подумав, предложил Могута. – Деваться некуда!

Ратислав и сам хотел это предложить. Задумка опасная, не всегда удающаяся, но другого выхода просто не было. Заключалась уловка в следующем. Встретив по пути бегства местечко, где можно было схорониться от глаз преследователей (рощицу, заросли тальника, глубокую заросшую балку или еще что-то эдакое), малая часть преследуемого отряда, незаметно от врагов и стараясь не оставлять следов, отделяется от своих, прячется и пережидает, когда погоня уйдет дальше, а потом выбирается и быстро, пока не хватились, уходит, куда им надо.

Основная опасность: преследователи могут засечь отколовшуюся часть. По следам или еще как. Если такое случалось, уйти из схоронившихся обычно не успевал никто.

– Согласен! – кивнул головой Ратислав.