Дмитрий Томашевич. Он не был Генеральным конструктором

Пролог

Всё происходившее в этот солнечный день на исходе лета 1922 года походило на дурной сон. Дмитрия Томашевича не покидало желание встряхнуться и прогнать от себя это наваждение, но, увы, всё, что происходило с ним, со старшим братом Павлом и давним приятелем Колей Железниковым было не во сне, а наяву. Как наяву и белоцерковская «предвариловка» – дом предварительного заключения, по сути – тюрьма при местном ЧК, и полутёмная камера, и массивная, окованная железом дверь, с лязгом захлопнувшаяся за ними.

Ещё утром всей семьёй они увлечённо обсуждали грядущие перемены в их жизни, которые принёс август. Павел, решением властей переведенный на работу из Ракитнянской высше-начальной школы в Белоцерковскую агрошколу, где он должен был вести курс физической географии и метеорологии, собирал свои старые университетские конспекты и учебники. Давний приятель Николай, студент 2-го курса Киевского политеха, как человек, сполна хлебнувший прелестей полуголодного студенческого житья-бытья, диктовал Дмитрию, ставшему на днях однокашником, список самого необходмого, без чего не обойтись в Киеве.

Мама и сёстры заботливо упаковывали съестные припас для нооявленного студента. Одним словом, в доме царила предотъездная суета.

Неожиданно во дворе усадьбы возник отряд красноармейцев во главе с бравым молодцом, затянутым в сверкающую командирскую кожанку и узкие галифе. Небрежно представившись Стрельцовым, он без лишних слов и объяснений приказал своим подчинённым провести в усадьбе обыск. Именем рабоче-крестьянского правительства, так сказать.

Итогом обшаривания стала винтовка, неожиданно для всех обнаруженная в чулане, а это уже тянуло на крупные неприятности.

Первое потрясение от ареста, свалившегося внезапно, как снег на голову, прошло. Потянулись томительные часы ожидания. Надо было набраться терпения – другого выхода просто не было. И тут выручил Павел, Павлуша – выдумщик и заводила. Чтобы скоротать время и отвлечь младшего брата и его приятеля от невесёлых и тревожных мыслей, он решил им рассказать историю семьи Томашевичей.

Будучи от природы человеком любознательным, он часто расспрашивал отца о старине, о том, как их род переселился из Литвы в Украину. Младшие «подельники» Павла в один голос поддержали это предложение. Вот какая картина вырисовалсь в течение трёх дней, заполненных рассказом Павла, а также собственными воспоминаниями, навеянными историей семьи.

Истоки

День первый отсидки

Свой рассказ Павел начал издалека.