Наперсный крест

– А теперь, господа, поскольку текущие дела завершены, прошу соизволить меня выслушать вот по какому поводу, – государь аккуратно сложил на поднос все лежавшие перед ним телеграммы, и стоявший позади дежурный офицер тут же унес его, – повод весьма чудесный, – он сделал многозначительную паузу и посмотрел в мою сторону, – я хочу произнести здравицу в честь присутствующего здесь священника отца Сергия, который своими подвигами во имя нашей веры и Отечества еще раз явил миру величие души нашего русского человека, величие его ратных дел.

Воцарилась необычайная тишина, только слышалось где-то фырканье лошадей, застоявшихся у коновязей, позвякивание шпор ходившей вокруг палатки охраны да чей-то рассерженный голос, выговаривавший какому-то Павлу Никодимычу за его нерасторопность по отправке корреспонденции в Петербург, и тот же голос начальственно успокаивал не в меру расходившихся газетчиков, коим, видимо, тоже что-то перепало от царского завтрака.

Негромким, чуть хрипловатым голосом император продолжал:

– Будучи в упор дважды стреляным турками, наш герой тем не менее по Божьей воле остался жив.

И не только жив, но цел и невредим, чем, как мне свидетельствовали в донесении некоторые очевидцы, вызвал небывалый восторг в полку, а турка поверг в смятение.

Послышались вопросы:

– Как же так, Ваше Величество?

– Как такое могло случиться?

– Это и на самом деле невероятно!

– Вот именно, невероятно, но тем не менее, тем не менее, – государь улыбнулся, – наш герой жив, здоров и сидит напротив меня.

Кто-то зааплодировал, и тут же рукоплескания захлестнули весь длиннющий стол.

– …И дело в том, что обе пули, выпущенные в него, принял на себя его наперсный крест!

Князь Суворов с полупоклоном оборотился к Государю:

– Ваше Величество, а не соизволит ли отец Сергий показать нам сей замечательный крест?

Государь помолчал, словно его больше занимали разложенные на тарелке устрицы, блюдо, явно входившее в моду, затем посмотрел на меня и улыбнулся.

Заметил, как сидевшее в отдалении незнакомое духовное лицо благосклонно кивнуло мне, выражая тем самым поддержку и подбадривая в эти минуты смятения.

Я снял с груди крест и передал его Государю. Тот некоторое время задумчиво рассматривал его, а затем отдал Суворову. Крест передавали из рук в руки, восхищенно ахая.

– Господа, он почти горячий, с чего бы это?

– Наверное, нагрелся на здешнем солнце.