Темные аллеи Бунина в жизни и любви

Снова повествование от первого лица, и это первое лицо – Митя, Дмитрий Алексеевич, которого во время прогулки изобличают друзья, поддразнивая, как обычно в отрочестве, ведь в том возрасте влюблённости по умолчанию вызывали зависть, а по оглашении – осмеивались, порой безобидно, а порой даже и зло.

Вот и в этом рассказе. Разговаривают Лёва, Петя и Митя, и неожиданно Лёва переводит разговор на тему любви…

«– Я, брат, всё знаю, – проговорил он (…) – Про Сашу-то!

Я почувствовал, что моментально покраснел до самой шеи.

Лева попал в самое больное место: я был в это время “страшно”, как мне тогда казалось, влюблён в Сашу, его двоюродную сестру. Она обыкновенно проводила каникулы у отца Левы, так что, мечтая приехать на лето, я имел в виду единственно её.

– Какую Сашу? – не зная, что сказать, спросил я и сам почувствовал, что сказал страшную глупость.

(…)

– Ты лжёшь, что ты не знаешь, про какую Сашу я говорю, – отчеканил Лева, – а сам влюблён в неё…»

Ох как в отрочестве не хотелось признаваться в своём увлечении! А тут ещё и сообщение о том, что Саша уехала, а ведь Митя «думал перед отъездом улучить минутку, чтобы объясниться с нею».

Объяснение с девушкой! Как же это сложно в ребячестве. Вот и в рассказе:

«…Уже раз я с нею объяснился, но тогда это как-то не вышло. Мы встретились у них в сенях; я покраснел, почувствовал, как будто кто-то провёл мне по волосам ледяною щёткою, ероша волосы; я даже не сказал “здравствуйте”.

Несмотря на то, что Саша была старше меня года на два, я постоянно ею конфузился. Она сама протянула мне руку.

– Что это вас давно не видно? – спросила она.

– Нет, я был недавно, – сказал я, – вы меня не видали.

– Вы, должно быть, были в саду?

– Нет, я и в доме был.

Саша засмеялась вдруг так звонко и мило, что я сразу ободрился, хотя и не понял, чему она смеётся.

– Вы, должно быть, в шапке-невидимке были?

– Нет, в своём картузе, – сострил я и окончательно смешался.

– Ну как же я вас не видела? – добивалась Саша.

– Да вы всегда не хотите меня видеть.

– Как это не хочу?

Но я уже не слушал её и, чувствуя, что мне становится всё жарче и жарче, продолжал:

– Я не знаю, за что вы меня так не любите? Мне кажется…

– Вам бог знает, что кажется, – перебила вдруг Саша, краснея, тихим и ласковым голосом.