Легенда Итальянских Альп

В доме было очень уютно, тепло, идущее от хорошо натопленной русской печки, приятно согревало и, казалось, убаюкивало. Кот Смети и кошка хозяек вдоволь накормленные паштетом, сладко похрапывали, иногда нежно посвистывая. В окна им подвывала метель и под эту колыбельную Лиза уснула.

Под утро Лиза неожиданно проснулась. Толчком к этому послужил не то чтоб настоящий сон, а скорее всего какое-то неосознанное воспоминание. Сначала, Лиза не могла понять какое: прислушалась в доме было тихо, только изредка потрескивали сухие поленья, видимо Роза уже затопила печь.

И вот когда, казалось, Лиза уже полностью проснулась, перед её глазами поплыла череда давних воспоминаний, как будто кто-то перелистывал страницы романа…

* * *

Это были времена всеобщего подъёма борьбы с деспотией. Ей тогда было семнадцать лет и по-своему характеру и воспитанию она не смогла остаться от этого в стороне.

Но, к сожалению, многие её товарищи восприняли эту борьбу как очередное романтическое увлечение, и при первых же трудностях и неудачах спасовали, а идти до конца отважились немногие.

Она была в их числе. Но в виду неопытности руководителей, малочисленности восставших, они были разгромлены. Картина последнего боя не покидала её.

Когда они узнали, что перевалы в горах занесены лавиной и уйти за границу как они надеялись не удастся, то бросились в свою последнюю атаку (сдаваться в плен никто не собирался). Жалкие остатки полка, полка Свободы, которые не насчитывали и двух рот – они полегли все.

Все как оказалось кроме них двоих: Лизы и Франсуа.

Лиза, как потом шутил Франсуа «умудрилась» получить сразу три ранения: два пулевых и одно штыковое. К счастью, все они оказались не смертельными, но все равно она бы погибла от холода если бы не Франсуа.

Франсуа спасло наверно его железное здоровье (он никогда не курил и до поступления в университет, помогал отцу, работая дровосеком), а также толстый жандармский офицер. Франсуа воткнул в него шпагу и поскольку уже был слегка ранен в руку, не смог быстро её вытащить.

Но в этот момент Франсуа сам получил страшный удар прикладом в лицо, нос и брови его были разбиты, всего лицо его оказалось залито кровью. И именно это спасло Франсуа в дальнейшем, когда враги добивали раненых, его посчитали мертвым и добивать не стали. Собрав оружие, неприятель покинул поле боя.

Очнувшись Франсуа стал искать выживших среди своих товарищей, но всё, казалось, напрасно. И вдруг он услышал слабый стон.