Ветвь Долгорукого

– Велика беда – паломник! Кто был я? Тоже… почти паломник! А теперь вот крестоносец…

– Как ты?

– Очень просто… Архидиакон Гильом Тирский сейчас в Константинополе, склоняет Византию в поход на Египет… И мы здесь готовимся… С соизволения самой королевы Марии я зачислен в личную охрану короля…

– А театр?

– Театром займемся после похода… Так и королева сказала…

– Ты с ней встречался?

– А как же! – стал в позу рыцаря Десимус. – Когда ей книгу возвращал… Вот тогда мне и предложили стать военным… Понимаешь, королю нужные верные люди, преданные ему… Охрана вся такая!.

. Слушай, пойдем к начальству, я поручусь за тебя… Ну, чем ты не рыцарь? А? Одеть на тебя латы, вот как на этого, – глянул он на охранника и шепнул: – Болвана. – И громко: – И ты – рыцарь!

– Не знаю, – растерялся Олекса.

Предложение друга казалась ему несбыточным и страшноватым, но иного пути у него не было, возвращаться к Абу-Муазу он не хотел ни за какие коврижки.

– Зато я знаю. – Десимус решительно взял под руку Олексу и, слабо упирающегося, повел в казарму, приговаривая: – Вместе в Египет отправимся и найдем тебе там Клеопатру, век благодарить меня будешь… Потом подумаем, как нам вернуться в свои пенаты… Честно говоря, роль рыцаря мне больше нравится на сцене театра, а не в жизни, но… придется сыграть и эту роль…

Начальник охраны Огюст де Пуссе, человек в летах, грузный, с пышными усами, с аккуратно подстриженной бородой, с длинными до самых плеч поседевшими волосами, опытным глазом из-под косматой брови долго с ног до головы рассматривал Олексу: молодой, ладный, широк в плечах, научить владеть мечом – и готовый воин.

– Головой ручаюсь, – поддерживал друга стоящий рядом Десимус.

– А у нас по-другому и не бывает, – не оборачиваясь к нему, ответил начальник охраны. – Веди его к коптенариусу, вели одеть, обуть, выдать доспехи и меч… И учить, учить владеть оружием, не то выгоню вон! Мне бездельники не нужны! – резким тоном приказал Огюст де Пуссе.

Конечно, он мог и придирчивее быть к новобранцу, в его воле – принять или не принять на службу в охрану короля, не всякому дается такая привилегия.

Но этого попрыгунчика из Рима прислала к нему сама королева, а теперь и он привел своего дружка и готов положить за него голову. Вот и приходится старому служаке терпеть всякие унижения. Пришел Огюст де Пуссе в Палестину в молодости уже после Крестового похода, Иерусалим уже был взят, Гроб Господен освобожден от нехристей.