Ветвь Долгорукого

Ему помогали лекари-госпитальеры. Стрелу с трудом вытащили, но раненый потерял много крови.

– Только бы стрела не оказалась отравленной…

– Здесь много ядовитых змей, египтяне умеют пользоваться их ядом, – рассуждали лекари, качая головами и в бессилии разводя руками, – жаль, молодой воин!

Подбежали мусульмане из отряда ассасинов, подхватили на руки раненого, отнесли подальше от линии нападения и защиты.

– Сюда стрелы не долетят, – вдруг услышал Олекса знакомый голос. Он поднял глаза и не поверил им: перед ним стоял Ибрахим, верный слуга Абу-Муаза.

– Ибрахим?! Ты?!

– Я, я, Олекса! – Взгляд у араба серьезный, сосредоточенный. – Слава аллаху, не в тебя стрела попала…

– Но друг мой, Десимус, он мне, как родной брат…

– Жаль и друга твоего, но если бы, не дай бог, в тебя стрела… Абу-Муаз головы бы меня лишил, – сказал Ибрахим. – Да, да, не смотри на меня так, Олекса… Глубокоуважаемый кади Абу-Муаз добрейшей души человек… В Иерусалиме он все время следил… Нет, не следил, а имел в виду тебя и мне приказал вступить в отряд ассасинов, чтобы быть рядом с тобой, охранять тебя… Всякое может случиться! Он виноват, как и я, вот мы хоть как-то хотим сгладить свою вину перед тобой…

– Какую вину? – не понял Олекса.

– Ту, что ты не дома… там… на Руси…

– А-а! – махнул рукой Олекса. – Бог вас простит… ваш Аллах простит… А я давно простил…

На потемневшем от загара и ветра лице Ибрахима впервые появилось нечто вроде улыбки, и он ласково посмотрел на Олексу.

Арабы переговорили о чем-то между собой, снова подняли стонущего от боли Десимуса и понесли… Куда, Олекса не мог определить.

– Мы не хотим убивать мирных жителей города, – сказал Ибрахим Олексе. – С ополченцами Салах ад-Дина сразимся, а вершить в Баниасе беспредел нам Аллах не позволит… Ты вернешься в отряд Огюста де Пуссе? – вдруг неожиданно задал вопрос Ибрахим.

– Я не брошу Десимуса в беде, – решительно ответил Олекса.

– Я ждал такого ответа, – обрадовался Ибрахим.

 – Вам надо переодеться в арабское, иначе как лечить твоего друга? Мы тайно уйдем в Египет, там есть хорошие лекари…

Помещение, где лежал раненый, было просторным и светлым. В открытые окна свежей прохладной струей лился воздух. Какие-то незнакомые люди в тюрбанах подходили к Десимусу, молча осматривали его и уходили. Не уходил только Олекса. Он сидел у постели раненого друга, подносил ему воды, когда тот просил, приподнимал Десимусу голову и поил его.