Довмонт. Князь-меч

Довмонт с Рогнедою улеглись рядом, укрылись одним плащом… и тут же заснули – умаялись. Перед тем как провалиться в зыбкое марево сна, князь вдруг услышал донесшийся неизвестно откуда крик. Жалобный крик боли и ужаса, скорее даже – стон.

Впрочем, может быть, показалось, ну, а не показалось – так что? Шастать по незнакомому лесу во тьме оказалось решительно невозможно. Так или иначе, нужно было дождаться утра: так лучше уж отдохнуть, как следует выспаться, а не прислушиваться ко всяким там воплям.

Довмонт выспался и распахнул глаза рано.

Еще только лишь начинало светлеть, низкое небо алело зарею, и первые лучики солнца окрашивали золотом мягкие подбрюшья редких кучевых облаков.

Что-то сразу же показалось не так… Ну, конечно! Разбойницы рядом не было. Видать, поднялась уже… да пошла по своим женским делам… естественного плана. Скомандовав подъем, надежа и опора Пскова подался к болоту – со сна хотелось умыться. Примятая, со сброшенною росою, трава, красноречиво свидетельствовала о том, что в этом вопросе князь вовсе не был первым.

Кто-то из воинов… Нет! Ну, конечно – Рогнеда! Кто же еще-то, а?

Юная красавица стояла на самом краю острова, на узкой полоске песка. В подвернутых узких портах, босая, в одной лишь нижней рубашке. Каштановые локоны ее, обычно распущенные по плечам, на этот раз были стянуты в тугой узел. Чтоб не мешали! Ибо Рогнеда не просто стояла… О, нет! Девушка активно махала руками, подпрыгивала, имитировала удары… А растяжка у нее оказалась такая, что обзавидовалась бы любая балерина!

Ох, как… Удар! Еще удар! Прямо каратистка какая-то! Игорь и не знал, что в то время уже практиковали подобное… Оказывается, практиковали.

Впрочем, и сам князь кое-что умел.

Вышел из зарослей, улыбнулся:

– Здесь бы порезче надо.

– Не пошел бы ты лесом, князь!

– Тебе тоже доброго утречка.

Довмонт подошел ближе… улыбнулся ее шире… и вдруг обнял рассерженную девчонку за талию, прижал к себе и с жаром поцеловал в губы. Разбойница не стала разыгрывать из себя ни злобную фурию, ни скромницу.

Просто прильнула, обняла молодого человека за шею… Князь развязал тесемки, стягивающие сорочку Рогнеды, скинул рубаху и, взяв девушку за руку, повел за деревья…

С внезапно нахлынувшей страстью любовники покончили быстро – следовало спешить. Уже стало достаточно светло для того, чтобы попытаться отыскать язычников и схватить их…

– Лучше просто убить, – одеваясь, посоветовала Рогнеда. – Все равно они ничего тебе не скажут.