Довмонт. Князь-меч

Совершенно напрасно наивные почитатели ужей ждали от князя соответствующего поведения, совершенно зря! Просчитались, увы.

– Добейте всех, – покинув свое убежище, приказал Довмонт.

Кто-то из валявшихся в траве литовцев, скрипя зубами, из последних сил бросился на князя… и тотчас же наткнулся на нож.

– Только умоляю – никого не пропустите, – вытащив клинок из обмякшего тела, князь без всяких эмоций вытер его об рубаху убитого и подошел к Рогнеде.

Разбойница уже успела одеться и теперь, усевшись под дубом, натягивала сапоги.

Завидев приятеля, девчонка улыбнулась, пожаловалась:

– Вот ведь свинья! Рубаху всю разорвал… Теперь только новую.

Князь присел рядом, погладил подружку по плечу:

– Да не шибко-то и разорвано. Зашить – и все дела.

Зря такое молвил! Вскинулась красавица дева, очами сверкнула, едва по загривку не огрела:

– Ты мне штопаное предлагаешь носить?

– Извини, – развел руками Довмонт. – Подарю тебе рубаху. Тебе какой цвет по нраву? Лазоревый?

– Ну да, лазоревый. Ты же знаешь! И… чтоб вставки шелковые по подолу были.

Пришлось обещать, чего уж. Главное, потом не забыть бы и про рубаху, и про вставки шелковые.

Погибших литовцев князь велел похоронить в общей могиле, в изголовье которой воткнули дубовый кол. Отправив всех прочь, Довмонт задержался, украсил кол цветными ленточками, оторванными от подола плаща:

– Прими, великий Перкунас, этих славных парней. Они были добрыми воинами здесь… столь же истово будут служить и тебе. Пусть светит их душам утренняя звезда Аушрос Варта.

Довмонт не испытывал никаких сомнений относительно правильности своих действий. Язычников нужно было добить, ибо они ничего не сказали бы. И тогда какой толк тащить за собой раненых? Выхаживать будущих мстителей? Ну уж нет, не дождетесь.

Прихватив с болотного островка Кольшу с тиуном, князь и его люди простились с разбойниками на берегу реки. Там, где их терпеливо дожидалась резная ладейка, точнее говоря – ее чернобородый хозяин и два его холопа-гребца. Попробовали бы не дождаться, ага!

* * *

Уничтожение язычников-литовцев явилось хотя и важным, но все же побочным делом: главной своей цели – отыскать пресловутых убийц и выяснить их мотивы – Довмонт и его люди так и не достигли.

Разве что отыскали сбежавшего отрока – Кольшу, и это можно было считать продвижением. Раз какие-то злодеи его ищут, так можно было использовать парнишку в качестве живца. Что и делали. Правда, результатами покуда похвастаться не могли.