Нюрнберг

Торговка недоверчиво взглянула на Волгина, потом на портрет.

– А и правда, – удивилась она, и в ее душе всколыхнулась тревога: а вдруг эти люди предъявят права на картину, и что тогда делать? Торговка внутренне собралась, чтобы отразить возможную атаку.

– Эту картину нарисовал его брат, – сказала Лена. – Он художник. Мы ищем его. Вы что-нибудь знаете об этом художнике?

– Я не знаю никакого художника.

– Тогда откуда у вас эта картина?

– Она моя, – насупилась торговка. – Я ее купила. Эта картина принадлежит мне, и я могу делать с ней, что захочу.

– Где вы ее купили? – спросил Волгин.

– Где-где… в лагере. На распродаже.

– Вы можете рассказать поподробнее? – ласково произнесла Лена, делая знак Волгину, чтобы он не встревал. – Что за лагерь, что за распродажа?

– Лагерь как лагерь. Там была распродажа, я купила две кастрюли и вот эту картину. Там еще всякое распродавали – и одежду, и ложки-вилки, но уж больно они были никчемные, – торговка брезгливо фыркнула.

Потом погладила раму и посмотрела на портрет с некоторой даже любовью. – А картина мне понравилась. Посмотрите на нее, это же произведение искусства! Такую картину каждый захочет повесить у себя дома и будет доволен. Я бы повесила, – незаметно для себя самой торговка вновь принялась рекламировать товар.

Волгин еле сдерживался:

– Что за лагерь?

– Да тот, за городом. Где были пленные.

– Какие еще пленные?

– Русские. Их там много было.

– Это был лагерь военнопленных? – ошеломленно произнес Волгин.

– Ну да. Лагерь военнопленных, их там держали, в бараках. В лагере я и купила!.. На распродаже.

Тут раздался визг, а затем резкий свист. Торговка испуганно, будто защищая, прижала портрет к груди.

Вокруг забегали, засуетились люди – будто в большой муравейник кто-то воткнул палку. Кричали женщины, продавцы привычно прятали свой товар, некоторые стремительно откатывали в сторону тележки.

Сквозь толпу, расталкивая народ, бежал высокий худой брюнет в длиннополом пальто.

За ним мчались несколько солдат военной полиции. Офицер вовсю свистел в свисток, раздувая щеки.

Брюнет опрокидывал прилавки, отшвыривал всех, кто попадался на пути. Он споткнулся, упал, а когда поднялся, выхватил из-за пазухи пистолет и, не целясь, выстрелил в сторону преследователей.

Женщины завопили пуще прежнего и бросились врассыпную.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».