Перекрёстки. Книга первая

А насчёт как зовут – зови меня Дьяволом! Отца с матерью молодыми я плохо помню, вырастили меня чужие люди, лишь потом меня нашли родители, но так как во всём околотке нашей деревни я опустошал все сады, то и прозвали меня Дьяволом. Да так и приросло это имя. Ну и ничего – я живу с ним.

– Ладно – Дьявол, так Дьявол. Чьей колодой играем?

– Да чьей угодно.

– Нет, Дьявол, твоя колода может быть краплёная. Давай моей. Но, так как у меня нет, я возьму у хорунжего.

– А что у хорунжего не может быть краплёной колоды? – спросил, теперь уже Дьявол.

Петро засмеялся. Но тут же светлый как лён казак, наверно хорунжий, бросил на вальтрап ещё не распечатанную колоду карт.

– Во как! – воскликнул Дьявол – Кто банкует?

– Наверно – чей банк весомее – ответил Петро и посмотрел Дьяволу в глаза. Они были глубокие как колодец и холодные как лёд. Петро чуть поёжился и ждал ответа. Дьявол улыбнулся и сказал —

– Я оценил твою люльку тоже в два золотых, но она с табаком – значит дороже! Банкуй, Петро! —

Присутствующие все разом посмотрели на люльку Петра! – Наверно в ней что-то есть, но никто этого не знает! – А этот шельмец оценил.

И сразу Петро с люлькой поднялся в оценке.

Петро дрожащими руками разорвал колоду, осенил её крестом и как залог чести и порядочности положил свой палаш, пока покоящегося в ножнах рядом, и тоже перекрестил его.

И Дьявол положил свой палаш рядом, но крестить его не стал. Кто-то заметил, что другой палаш тоже нужно осенить крестом, иначе сила их будет не равная.

– Как вам будет угодно! – ответил с улыбкой Дьявол и изобразил в воздухе указательным пальцем над палашом крест. – Стороны были удовлетворены.

Дрожащими пальцами Петро перетасовал колоду, дал Дьяволу срезать и, раздав по одной карте, вопросительно посмотрел на него.

– По одной – сказал визави – но так, чтоб я видел.

– Глаза есть – смотри! – И Петро дал своему противнику ещё одну карту. Тот переждал какое-то время, что-то пошептал одними губами и осторожно как раскалённое железо поднял карту.

Чуть повременил и так же осторожно, с опаской, поднял другую карту.

– Ещё одну. – Чуть слышно, кажется, что одними губами проговорил визави. Казалось, что пальцы его дрожали. От этого и у Петра появилась дрожь не только в пальцах, а во всём теле. Он снял ещё одну карту и медленно протянул её Дьяволу.

Дьявол вскочил, тут же сел и бросил карты Петру.

– Перебор! – сказал он.

– Да, так. У него была десятка, дама и третьей картой пришёл туз.