Перекрёстки. Книга первая

Он полез в карман за кисетом с табаком. Там его не оказалось. Дед осмотрелся вокруг – тоже нет. Потом как бы спохватился: «Господи, да когда ж это было, всё быльём заросло когда я потерял кисет – а вздумалось сейчас искать, через какие-то пятьдесят с лишним лет!» – и он махнул рукой.

Ворона тоже хотела ещё раз каркнуть, но передумала. Вошла в астральное положение деда и чтоб вместе разделить его удивление, спрыгнула с чугунка и медленной но уверенной и гордой вороньей походкой, похожей на походку самовлюблённых модниц, направилась к лежбищу деда.

Ворона подошла вплотную, вроде хотела поделиться своими мыслями, но оказалось… забыла человеческий язык. Поэтому стала на его рядне и почистила об рядно свой клюв. – Это – вместо монолога – может дед поймёт. Однако, дед такого вороньего хамства не ожидал и крикнул, но так, чтоб не разбудить остальных дедов —

– Кыш, зараза!

Ворона с удивлением посмотрела на деда одним глазом, потом больно клюнула его в руку. – «Не понимает, старый чёрт»!…

– Ты глянь! – чуть громче возмутился дед – ну ка, пошла вон! Совсем страх потеряла глупая птица! —

Деду показалось, что на реплику: «Глупая птица» – ворона отрицательно помотала головой.

 – Но то – показалось! Однако, после «показалось» – деду не хотелось ворону обижать – «Тоже Божье создание, хоть и ворона» – подумал он и тыльной стороной ладони аккуратно отодвинул её со своего рядна. Вороне тоже, похоже, не хотелось обижать деда – она второй раз не клюнула его, хоть и собиралась, а нахально придвинулась ближе, приняла сидячее положение, закрыла глаза, и положила свою голову ему на рукав.  – «Ладно – размышлял дед – устала видно, пусть лежит, создание-то глупое». – Небо повторило —

«Создание-то глупое» – вдруг всколыхнулось, звёзды поплыли, а веки стали очень тяжёлыми и дед то ли провалился, то ли вошёл в другое измерение. Конечно – в измерение сна!

Соломенную крышу деревенской хаты чуть освещала Луна и она на чёрно-синем небе казалась тёмно красной… Все окна чернели, как глубокие провалы, и лишь в одном тускло мерцал как давно умирающий – свет.

Скрипнула дверь, и в тёмном дверном проёме чуть забелела человеческая фигура… То была женская фигура в подвенечном наряде…

Глава 2-я. БИВУАК

Так случилось, что и вторую главу приходится начинать с Луны, тускло освещающей табун казацких лошадей, стреноженных, со снятыми сёдлами. Сёдла с вальтрапами нужны теперь для отдыха седоков. На вальтрапы казаки ложатся, а сёдла подкладывают под голову.