Перекрёстки. Книга первая

 – Бывает!

Почему-то чужая жена, как мёдом намазанная – очень липкая, и в добавок – очень сладкая!

Ведь говорят же другие кавалеры, что у тебя, дурачок, жена самая сладкая! Особенно в те моменты, когда ты в дальних походах. Слушай друзей своих и верь им! Врать-то они не будут.

Не успел молодой казак набить свою люльку, как раздалось, чуть ли не общее, ржание лошадей. В основном, ржали кобылицы. Как казаки определяли пол лошади по ржанию – до сих спор ведутся споры с переменным успехом, но чаще там, где больше нечего делать… кроме… как спорить!

Так или не так, но ржали кобылицы, потому что в отдалении послышалось приближающее ржание жеребца.

Молодой казак, так и остался с не набитой до конца люлькой, и устремил свой взгляд в сторону ответного ржания. Пока там было только ночное марево. – «Неужели полковник?» – подумал казак и почти машинально спрятал кисет в складки седла.

Минуты через три возле костра уже гарцевал ладный, по всем правилам породы, жеребец. В его больших глазах отразилось пламя костра и прошло какой-то искрой по наблюдающим так, что по спине забегали мурашки! – К чему бы это?!

Седок погладил коня по шее и тот успокоился.

Потом он лихо спрыгнул, оставил на жеребце седло и уздечку, лишь связал её узлом возле ушей. Рукой потрогал коня по крупу, как бы говоря – «Свободен»!

Конь отошёл метров на десять и начал щипать траву.

Кто-то из не спящих заметил —

– Не боишься оставлять оседланного коня? – Ночной шельмец прыгнет в седло и поминай как звали! – Гость улыбнулся красивой улыбкой, показывая ровные немного хищные зубы и ответил.

 —

– А ты попробуй, прыгни… в седло! – Улыбка его сразу исчезла, а на месте улыбки появились над губами тонкие чёрные усы. Во всей ладно скроенной фигуре чувствовался не то шутливый, не то серьёзный задор.

– Если об заклад – попробую, – ответил тот же голос, – а впустую – только время терять. – Сказал и отвернулся, показывая своё пренебрежение.

– Почему же впустую.

Играем по взрослому! – Проиграешь – ставишь бутылку доброго самогона, а оседлаешь коня и проскачешь четверть версты – он твой! Да что там проскачешь! – Усади свою задницу в седло и конь твой!

От такого пари, показалось, даже спящие казаки вскочили и пронеслось над бивуаком —

– Вот это да! Вот это круто! – Ты землячок не духарик, часом? – Спросил кто-то.

– Ладно, земляки, вы здесь решайте кто пойдёт арканить моего коня, а я повечеряю.