Кремль 2222. Марьина Роща

 – Увидите – Корр раздробит ей череп!

– Стой, – резко приказал Дарг. – Я поймаю ее.

– Нет, я убью-у-у-у…

Сын вождя резко ударил Корра коленом в живот, а потом, схватив за волосы, еще пару раз приложил мордою об колено. Все это он проделал быстро и при полном одобрении остальных воинов. Все правильно – если всякая сявка откажется подчиняться приказам старших, то что же это тогда будет? Бардак или, говоря другим древним словом – хаос. В общем – ничего хорошего.

Впрочем, десятника в данный конкретный момент отнюдь не интересовало, что там подумают воины.

Он несся за женщиной, не чуя под собой ног, в полной мере наслаждаясь славным азартом погони. В самом деле, что может быть лучше? Он, Дарг – охотник, а эта жалкая самочка хомо – добыча. Однако, бежит быстро. Но и Дарг – не последний бегун. Не уйдет, нет.

Юноша нарочно не торопился, давая несчастной призрачный шанс, кусочек надежды. До рощицы оставалось еще около сотни шагов, да и кто сказал, что там, в роще – укрытие? Дарг разыщет испуганную самку в один миг.

Или… или не-ет, все ж таки не будет особенно торопиться, наслаждаясь столь явственно исходящим от беглянки страхом. Да, он его чувствовал, ощущал, как ядовитая змея чувствует гипнотизирующий страх жертвы. Чувствовал и наслаждался, стараясь продлить удовольствие.

Женщина пару раз падала – и тогда преследователь нарочно замедлял свой бег. Падала, но тут же вставала и бежала дальше, и спутанные светлые волосы развевались за ее спиной. Тощая… но сильные крепкие ноги… Ишь, как несется! Беги, беги… Дарг давно уже чувствовал тяжелое дыханье добычи и мог схватить ее, но не спешил, наслаждался страхом… даже решил прибавить погоне остроты, в три прыжка нагнал несчастную, и, схватив за плечи, рванул рубище…

Беглянка в страхе оглянулась, поддерживая падавшую одежду рукою – исхудавшее лицо, глаза, как звезды – красавица! Обнажилась грудь, упругая, нежная, украшенная затейливой татуировкой вокруг соска… на плече тоже синел рисунок – «небесное копье»… Ракета! Такая же, как и у…

* * *

Ждан знал, нельзя кричать, нельзя плакать.

Дикари хитры и коварны, страшно даже подумать, что они сделают с семьей, если найдут. Да и что уже осталось от семьи, жалкой кучки выживших, пробиравшихся в Кремль, надеясь на какое-то чудо. Почему именно в Кремль? Потому что там – люди. Там много людей, так объясняла мать, златовласая красавица в камуфляже.

– И ты, Ждан, тоже человек, – гладя сынишку по волосам, говорила матушка. – Только пока еще маленький.