Вернуться живым

Смотрите, не постреляйте друг друга. Бери людей из второго взвода. Удачи! Да, и костры не разводить! Маскироваться…

– Когда выходить? Пожрать бы, – вздохнул я.

– Выходить прямо сейчас, а то совсем стемнеет, и хорошую позицию выбрать не сумеешь. Перекусите в дозоре холодными консервами.

Узкая тропинка вилась между заборов, выложенных из огромных камней, и забиралась все круче и круче. Моя группа уже в глубоких сумерках выбралась на вершину сопки. Кишлак лежал как на ладони, и в нем продолжалась суета: огни, шум, гам.

От костров тянуло дымком и пищей. А мы жевали сухари и холодную кашу с мясом, вернее с присутствием мяса.

Солнце рухнуло за горный хребет, и темнота заполнила долину, словно землю укрыли темным одеялом. Подул ветер, свежесть перешла в прохладу, которая сменилась мерзкой сыростью. Постепенно и я, и бойцы на пронзительном влажном ветру замерзли – не согревали и бушлаты. Невероятно! Субтропики, конец августа, днем жара, а ночью пронизывающий собачий холод. Как говорится, попали из огня да в полымя! Бушлата у меня не было, не взял по неопытности, оставил в ротном лагере, поэтому накрылся расстегнутым спальным мешком.

Ночь напролет мы дрожали на прохладном ветру, а утром выпала обильная роса, и мы вдобавок промокли.

С рассветом мы спустились злые, как черти. Но ни поспать, ни погреться не удалось. Командир полка ревел, как разбуженный медведь-шатун, и разгонял подразделения по задачам – искать трофеи. Я поздоровался с офицерами и тут же занял свое место в хвосте колонны.

Ротный велел мне подгонять отстающих, и мы вместе с санинструктором побрели в замыкании. Томилин, как всегда, тихо бурчал и ругался. К обеду добрались до убогих полуразрушенных артиллерией домов. Наконец привал! Какое счастье!

– Офицеры, ко мне, – выкрикнул Кавун и начал ставить задачи. – Отцы-командиры! Повзводно прочесываем местность, в этом районе сконцентрированы склады оружия и боеприпасов. Для этого нам придаются саперы. С нами работает командир саперов – старший лейтенант Шипилов.

Офицер опытный – весь его боевой опыт отражен на физиономии. Самим никуда не лезть – прикрывать и обеспечивать им работу. Сапер, инструктируй народ!

Плотный сапер, с квадратным лицом действительно имел внушительный вид настоящего боевого офицера. Подбородок был рассечен глубоким шрамом, такой же шрам пересекал щеку, а лоб и нос были испещрены следами от извлеченных осколков. Лицо багровое то ли от ожога пороховым зарядом, то ли от постоянного обветривания.